Читаем 90-е: доктор Воронцов онлайн бесплатно
Дмитрий кивнул, отошел от окошка.
Во дворе уже собрались свои. Семеныч, как всегда, на своем мотоцикле только приехал. Дядя Коля возился с «рафиком», открыл капот, что-то ковырялся, матерился сквозь зубы.
— Здарово, мужики.
Семеныч кивнул, дядя Коля вылез из-под капота, вытер руки ветошью:
— О, Димон! А мы тут с утра маемся. Бензин кончился, талоны не отоварили, пришлось у частников брать, втридорога.
— А машина как? Не встанем опять посреди дороги? — Дмитрий кивнул на капот.
— Карбюратор барахлит. Старая уже, скоро развалится, — Дядя Коля хлопнул по крылу, — Но ничего, довезет. Не в первой.
Семеныч закурил новую папиросу:
— Ну что, напарник, готов к трудовым будням?
— Готов.
— Тогда пошли чай пить, пока тихо.
— Пошли, там теть Зина вон пирожками угощает.
9:15
— Первая, на вызов. Улица Шаболовка, дом двадцать пять, квартира сорок один. Мужчина, шестьдесят восемь лет, предположительно инсульт. Соседи вызвали.
Дядя Коля допил чай, крякнул, поднялся:
— Поехали.
«Рафик» завелся не сразу: чихнул, пару раз кашлянул, но мотор затарахтел, и машина выехала со двора.
Ехали молча. Дмитрий смотрел в окно на утреннюю Москву: троллейбусы, очереди у ларьков, бабки с авоськами, мужики в трениках у пивных ларьков. Обычное утро.
Шаболовка, старый район. Лифт не работал, табличка «Не работает» висела криво, вся исчерканная.
Поднялись на четвертый этаж. Дверь открыла соседка: полная женщина в халате, всплеснула руками:
— Ой, скорая! Проходите, проходите! А я звоню, звоню, а он не открывает, ну я и зашла, у меня запасной ключ есть, мы же соседи…
В комнате было тесно, но чисто. Старые обои, на стене ковер с оленями, в углу телевизор «Рубин». На кровати лежал дед: худой, седой, в майке и семейных трусах. Лежал неестественно, голова повернута набок, правая рука безвольно свесилась.
Дмитрий подошел, присел на корточки:
— Дедушка, слышите меня?
Дед мычал что-то невнятное, левый глаз смотрел осмысленно, правый остекленел. Угол рта опущен, изо рта тянулась нитка слюны.
Семеныч уже накладывал манжету:
— Давление двести двадцать на сто десять.
— Инсульт, — Дмитрий выпрямился, — Надо везти, быстро.
Соседка засуетилась:
— Ой, а документы? Паспорт? Я не знаю, где у него…
— Потом разберутся, — Дмитрий кивнул Семенычу: — Берем.
Вдвоем переложили деда на носилки. Тот мычал, пытался что-то сказать, но выходило нечленораздельно. Соседка крестилась вслед:
— Спаси Христос, доктора…
Приемный покой ГКБ № 20 на Ленинском проспекте
«Рафик» подъехал к приемному покою. Обычная больничная суета: носилки, люди в халатах, очередь из «скорых» у входа. Дмитрий с Семенычем занесли деда внутрь.
В приемном покое было шумно и накурено. На скамейках сидели больные: кто с перевязанной рукой, кто с замотанной головой, кто просто сидел, тупо глядя в стену. Медсестры сновали туда-сюда.
Дежурный врач: усталый мужик лет пятидесяти, в мятом халате, с мешками под глазами вышел из ординаторской, глянул на носилки:
— Что привезли?
— Инсульт, предположительно, — сказал Дмитрий, — Тяжелый. Давление двести десять, правая сторона не работает, речь отсутствует.
Врач поморщился, почесал небритый подбородок:
— Мест нет. Реанимация забита, в неврологии коридоры только. Везите в шестьдесят восьмую, там есть места.
Дмитрий посмотрел на деда, тот уже почти отключился, дыхание стало хриплым:
— Он не доедет, ему хуже станет. Может, кровоизлияние. Вы обязаны принять.
Врач раздраженно дернул плечом:
— Я тебе что, места из воздуха возьму? У меня тут коридоры забиты, все больные лежат. Вези, сказал.
Семеныч шагнул вперед, заговорил жестко, рублено как в Афгане, наверное, с начальством разговаривал:
— Слышь, начальник. Ты это брось. Мы его сюда привезли, у тебя подпись в путевом листе будет. Если он по дороге умрет кто отвечать будет? Ты или мы?
Врач вспыхнул:
— Ты мне не указывай, понял? Я тут главный!
— А мы не указываем, — Дмитрий говорил спокойно, но твердо, — Мы по закону работаем. Вы обязаны оказать помощь. Если не примете пишите отказ.
Врач зло посмотрел на них, потом на деда, который уже почти не дышал. Махнул рукой медсестре:
— Зови заведующего.
Медсестра убежала. Через пару минут появился заведующий: пожилой, в очках, с усталым, но спокойным лицом.
Выслушал, глянул на деда, на Дмитрия:
— Вы откуда?
— Первая подстанция, — ответил Дмитрий, — Инсульт. Мест нет, говорят.
Заведующий вздохнул, кивнул врачу:
— Оформляй. В коридор поставим, — повернулся к Дмитрию: — Подпишу путевой лист. Но если что вы предупреждены, условия не наши.
— Понимаем, — Дмитрий кивнул, — Спасибо.
Санитары забрали деда, укатили куда-то вглубь коридора. Врач, все еще злой, черкнул подпись в путевом листе, бросил:
— На, получай. И чтоб я вас больше…
Семеныч забрал лист, на прощание бросил, не оборачиваясь:
— Добрый ты, начальник. Смотри, не лопни от доброты.
Выходя, Дмитрий услышал, как врач что-то крикнул вслед, но разбирать не стал.
В машине
Семеныч закурил, открыл окно, выпустил дым наружу:
— Вот так и живем. Мест нет, лекарств нет, денег нет. А люди мрут.
