Читаем 90-е: доктор Воронцов онлайн бесплатно
— Знаешь, Дим, — сказал он задумчиво, — А ведь он похож на тебя. Только ты после смерти Лены в работу ушел, а он в месть. И оба выжили как-то.
Дмитрий промолчал. Смотрел в чашку, видел там своё отражение.
— Ладно, — он встал, — Пойду к Нине загляну.
Нина сидела на кровати, рисовала. Увидела отца, отложила карандаши.
— Пап, — позвала тихо, — А тот дядя… он поправится?
— Поправится, дочка. Ты не бойся, все будет хорошо.
Нина кивнула, потом вдруг сказала:
— Он тоже маму потерял. И дочку. Как мы.
Дмитрий вздрогнул. Присел рядом, обнял дочь.
— Да, как мы.
— Пап, а почему так бывает? Почему хорошие люди умирают?
Дмитрий не знал, что ответить. Просто прижал её крепче.
— Не знаю, Нина. Не знаю.
За окном светило солнце. Где-то в городе звонили колокола. А в квартире на Котельнической набережной двое мужчин, потерявших своих женщин, лежали на диване и на кровати, и думали каждый о своём. Но теперь они были не одни.
Глава 22 Большой босс
Утро выдалось серым, но без дождя. Дмитрий стоял у окна на кухне, смотрел во двор. Крест уже собрался: надел новые спортивные штаны, кофту и старую куртку, взял костыли, которые Череп привез еще вечером. Двигался осторожно, морщился, но держался.
— Помочь? — спросил Дмитрий.
— Сам, — Крест проковылял к двери, остановился, — Док, спасибо. Я позвоню.
— Звони, — Дмитрий протянул пакет, — Тут цефазолин. По два раза в день, внутримышечно в здоровое бедро. Дядя Коля покажет, если сам не справишься.
Крест усмехнулся, принял пакет.
— Справлюсь, я в Афгане сам себе уколы ставил.
Дмитрий кивнул. Они вышли в подъезд. Лифт спустил их на первый этаж. Во дворе уже стояла «Волга» — дядя Коля приехал ровно в девять.
— Здарово, — дядя Коля открыл заднюю дверь, помог Кресту устроиться, — Осторожно, тут невысоко.
Крест сел, положил костыли рядом. Дмитрий наклонился к окну:
— Если что звони.
— Док, все пучком будет, — Крест смотрел серьезно, — Я не хочу вашу семью подставлять. Поэтому и уезжаю. Если менты нагрянут — ты ничего не знаешь, я сам ушел.
— Знаю, — Дмитрий отступил, — Бывай.
«Волга» выехала со двора. Дмитрий постоял минуту, глядя вслед, потом вернулся в подъезд.
В машине долго молчали. Дядя Коля вел аккуратно, без рывков, поглядывал в зеркало заднего вида нет ли хвоста.
— Ты это… — начал он, не оборачиваясь, — Если то, я таксист просто.
— Ага, — Крест откинулся на сиденье, прикрыл глаза, — Ты не ссы, дядя Коля. Если менты спросят скажешь подвез мужика, и всё. Ни имени, ни фамилии.
— Хорошо, — дядя Коля вздохнул, — Я за Димку переживаю, хороший он мужик. Ты его не подставляй.
Крест открыл глаза, посмотрел в затылок водителю.
— Не подставлю. Он мне жизнь спас два раза. Я в долгу.
— Ну, смотри. А то времена сейчас… — дядя Коля не договорил, крутанул руль, объезжая яму.
Минут через сорок остановились у старой панельной девятиэтажки. Район тихий, спальный, рядом с кольцевой дорогой. Дядя Коля заглушил мотор.
— Приехали. Ты сам дойдешь?
— Да, — Крест достал из кармана ключ, — Спасибо, дядь. Держи.
Он протянул несколько купюр: доллары, сотни две, не меньше. Дядя Коля быстро, без лишних слов, сунул их во внутренний карман куртки.
— Бывай, Андрей. Если что, я ничего не видел.
— Я знаю, — Крест открыл дверь, взял костыли, с трудом выбрался из машины.
Дядя Коля подождал, пока он зайдет в подъезд, и уехал.
Спортзал располагался в подвале бывшего заводского клуба. Железо, запах пота, на стенах плакаты бодибилдеров — Шварценеггер ещё висел, но уже не в центре, рядом появились новые, с рекламой импортных добавок. У скамейки двое пацанов крутили в руках плеер «Walkman» — один надел наушники, кивал в такт неслышной музыке.
Крест приехал с новой шестеркой. У входа его встретил Кубик: молча кивнул, взял под руку, помог спуститься по лестнице.
В зале было человек десять. Малевский сидел на скамье для жима, в дорогом итальянском спортивном костюме — тёмно-синем, с белыми лампасами. Рядом стояли Клёпа, Череп, ещё двое знакомых лиц.
Увидев Креста, Малевский поднялся, подошёл. Посмотрел на костыли.
— Красиво тебя отделали, — голос спокойный, без насмешки.
— Бывало и хуже, — Крест остановился, оперся на костыли, — В Афгане под душманами плотнее лежал.
— Садись, — Малевский кивнул на скамью, сам сел напротив, — Ты чего, Андрей, творишь? Я уехал, так ты Москву завоевать решил? С какими-то таганскими цацкаешься, на районе стрельбу устроил, ментов на хвост навел. Рассказывай давай.
Крест сел, поморщился, рана отозвалась болью. Коротко, без эмоций, доложил ситуацию: про Кольта, про нападение на семью доктора, про то, как вмешался и получил пулю. Про то, как Воронцов его оперировал на кухне, как отец-профессор помогал.
— Доктор этот, — Крест смотрел прямо, — Он меня спас. В первый раз на рынке, когда я истекал кровью. Во второй раз дома у себя, под пулями. Он за меня вписался Антон.
Малевский слушал не перебивая. Потом повернулся к Клёпе и Кубику:
— Подтверждаете?
— Все так, Антон Викторыч, — Клёпа поправил очки, — Мы на месте были.
Малевский помолчал, потом кивнул.
