Читаем 90-е: доктор Воронцов онлайн бесплатно

— Ты мне еще указывать будешь⁈ Я передам куда надо! Будут служебные проверки! Тебя, Семеныч, уволят к чертовой матери!

— Передавай, — Семеныч встал, навис над столом, — А я расскажу, как ты аптечный спирт медсестрам продаешь. У меня есть, кому рассказать. И не только про спирт.

Иванов побледнел. Молчал, смотрел в стол. Потом перевел взгляд на Дмитрия:

— А ты, Воронцов, заступаешься за него? Хорошо, будешь отвечать наравне.

Дмитрий ответил ровно:

— Я отвечу. Семеныч лучший фельдшер, каких поискать. И вообще-то он врач, прошел Афган, пока вы здесь в кабинете сидели. А вы, Иван Иванович… — пауза, — Вы бы правда лучше делом занялись.

Иванов сжал кулаки, но смолчал. Отвернулся к окну:

— Идите. Оба. Но я за вами слежу. Еще одно нарушение и пишите заявление.

В коридоре Семеныч хлопнул Дмитрия по плечу:

— Правильно, Димон. Все как есть.

После разговора посидели, посудачили с тетей Зиной, выпили чай, пошли в машину проверить укладки.

— Вызов. Женщина, буйное поведение, нужна психиатрическая помощь. Адрес: Вишняковский переулок, 15, храм Святителя Николая в Кузнецах, — голос тети Зины в динамике звучал удивленно.

— Храм? — дядя Коля почесал затылок, — Первый раз такое.

Подъехали. Храм стоял старый, с лесами, вокруг пахло краской и известкой. У входа их встретил молодой батюшка, лет тридцати, в рясе, немного растерянный.

— Батюшка, вы вызывали? — Дмитрий протянул руку.

— Да, да, проходите. Ради Христа, помогите. Прихожанка наша, Любовь Петровна. Раньше тихая была, а сегодня… — он развел руками.

В храме, у иконы Божьей Матери, сидела на полу женщина лет пятидесяти пяти. Неопрятная, платок съехал набок, глаза безумные. Она то бормотала, то вскрикивала, крестилась невпопад.

— Она на службу пришла, сначала тихо стояла, а потом как закричит: «Все убийцы! Кровь на вас!» На иконы кидалась. Еле успокоили, — пояснил батюшка.

Дмитрий и Семеныч подошли осторожно. Женщина дернулась, уставилась на них с ужасом:

— Вы кто? Вы тоже за ними? Они шепчутся… там, за иконами… коты…

Семеныч шепнул:

— Психоз. Галлюцинации.

Дмитрий присел на корточки напротив, заговорил тихо:

— Любовь Петровна, мы врачи. Не бойтесь. Расскажите, что случилось?

На секунду взгляд женщины стал осмысленным:

— Сын у меня… Коля… — И снова сорвалась: — Они убили! Застрелили! А теперь коты шепчутся, говорят, что я следующая!

Батюшка подошел, перекрестился:

— У нее сын погиб месяц назад. На разборках каких-то, царствие ему небесное. Она с тех пор сама не своя.

Дмитрий кивнул. Внутри все сжалось. «На разборках…» Он посмотрел на женщину и увидел возможное будущее.

— Понятно. Семеныч, готовь укол. Реланиум, внутримышечно.

Семеныч достал шприц, ампулу. Женщина увидела иглу, забилась:

— Не надо! Не трогайте! Они меня отравят!

— Семеныч, придерживай! — Дмитрий зафиксировал плечи женщины. Семеныч быстрым движением вколол иглу в ягодицу, нажал поршень. Женщина вскрикнула, дернулась, потом обмякла через пару минут.

— Дышит? — Дмитрий проверил пульс.

— Дышит, нормально, — Семеныч убрал шприц, — Отходить будет в машине. Надо следить, чтоб язык не запал.

Через несколько минут женщина успокоилась, сидела, смотрела в одну точку. Дмитрий и Семеныч вывели ее на воздух, усадили на скамейку у ограды.

— Спаси вас Господь, — батюшка благословил, — Что теперь с ней?

— В больницу надо, в психиатрию. Или по рации передадим пусть психиатричка приедет?

— Я вызову. У нас есть телефоны.

Дмитрий пошел к машине. Семеныч уже сидел, дымил в форточку.

— Ты чего у нее про котов спрашивал? — поинтересовался Семеныч.

Дмитрий сел, усмехнулся:

— Это я так, для наглядности. Представь: если человек разговаривает с котом — это психоз. А если кот ему отвечает — галлюцинации.

Дядя Коля, уже за рулем, обернулся:

— А если я считаю, что кот за мной следит?

— Это паранойя, — подхватил Семеныч, — А если бесишься, что он тебя игнорирует — неврастения.

— А если кота вообще не существует? — Дмитрий посмотрел на них, и в глазах мелькнула тень.

— Тогда ты шизофреник, — подвел итог Семеныч, — Ладно, хорош философию разводить. Поехали, у нас еще вызов к бабке с давлением.

Дядя Коля засмеялся:

— А если кот — это я? — и завел мотор.

Машина отъехала от храма. Батюшка перекрестил их вслед.

Дмитрий сидел на кухне, пил чай. Нина в своей комнате рисовала, мать вязала в гостиной. Телефон зазвонил резко, неприятно. Дмитрий снял трубку:

— Слушаю.

Молчание. Потом голос — измененный, сиплый, будто через пленку:

— Смотри за дочкой, доктор. Мало ли что.

Короткие гудки.

Дмитрий застыл. Внутри все оборвалось. Он медленно положил трубку.

— Дим, кто звонил? — мать выглянула из гостиной.

— Не туда попали, мам, — голос хриплый.

Он пошел в комнату Нины. Она сидела за столом, рисовала. Подняла голову, улыбнулась:

— Пап, смотри, я храм рисую. Как тот, куда вы ездили сегодня, смешно было про котов.

На рисунке: купола, леса, маленькая фигурка женщины на скамейке. В уголке аккуратная подпись: «Храм, где папа спасал женщину. 23.04.92».

— Красиво, дочка, — он погладил ее по голове.

Вышел на балкон. Закурил. Руки дрожали.

«Кольт не успокоился. Он озлобился. И теперь будет бить оттуда, откуда не ждешь».