Читаем Фонарщица онлайн бесплатно
Мне кажется, это должно было случиться под фонарем Па. Словно в знак того, что мне больше не придется тянуть лямку жизни в одиночку. Я тешу себя этой мыслью, пока Джози не вдыхает полной грудью, пробуждая меня от прекрасного сна, и я возвращаюсь в Уорблер, снова чувствуя тьму по ту сторону тумана.
Всегда где-то рядом. Ожидающую случая нанести удар.
– Ни в мастерской, ни в доме Гидеона не обнаружилось чего-либо подозрительного.
Генри залпом выпивает полстакана воды, который подает ему Пру. В слабом свете нашей единственной лампы на кухонном столе глаза Генри кажутся запавшими, как у мертвеца. Он призрак, приносящий недобрые вести.
– Ну разумеется. – Пру бросает на меня сердитый взгляд, снимает шаль и вешает ее на спинку стула. – Потому что там нечего обнаруживать.
Генри пожимает плечами:
– Возможно, это была игра света?
Я открываю рот, чтобы возразить на это нелепое предположение, но Джози успевает перехватить мой взгляд. Он качает головой и опускает руку. Мне нужно остудить свой пыл. Я недалеко продвинусь с Генри, если буду кипятиться с досады.
Пру проводит рукой по лицу, убирая за уши выбившиеся локоны. Не будь ситуация настолько ужасной, я бы посмеялась над ее поведением. В свои шестнадцать она ведет себя как умотанная мать, разочарованная в своем ребенке.
– Когда пропала Молли, Гидеона не было дома – я видела, когда зажигала его фонарь, – воспоминание так и вспыхивает, опаляя всех присутствующих. – И я услышала крик со стороны его мастерской. Он вернулся домой не раньше, чем я снова зажгла погасшие фонари.
Намерение оставаться спокойной и собранной исчезает бесследно. Я слышу в себе напряжение, ощущаю страсть в своих движениях. Возможно, это не свидетельствует о его непосредственном участии, но есть подозрение, что он пропал в то же время, когда исчезла Молли. Честно говоря, я пытаюсь поймать кита сетью, но инстинкт требует, чтобы я хотя бы попыталась.
Взгляд Пру обжигает.
– Это серьезное обвинение против одного из жителей Уорблера. – Лицо Генри ничего не выражает. – Не могу сказать, как отреагирует совет, особенно без веских доказательств.
Я киваю, отдавая себе отчет, насколько серьезные последствия это может повлечь за собой.
– Я понимаю.
Независимо от того, поверят мне или нет, вопрос о причастности Гидеона будет вынесен на всеобщее рассмотрение. Поскольку он сам состоит в совете, неизбежен конфликт интересов. На который другие члены совета закроют глаза, поскольку Гидеон имеет на них странное влияние. Но я не представляю, чтобы родители Молли легко отмахнулись от его возможной причастности. И даже если его особое положение в Уорблере оградит его от расследования, в моих силах сделать одно: отказать Пру в браке с ним. А пока я могу лишь надеяться сохранить за собой должность фонарщицы. От перспективы остаться безработной и выйти за Джози по необходимости я себя чувствую так, словно мне привязали гирю к лодыжке и бросили в реку. Он говорит, что все это его не беспокоит, что он один прокормит все лишние рты. Но если вы доверитесь кому-то, а его не станет, вам будет очень больно. Жизнь нелегка, и ни в ком нельзя быть уверенным, пока он не пройдет через тяжкие испытания. Выживают не все. Мы с Пру выжили, потому что ничего другого нам не оставалось. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы Джози не подвергся такому. Потому что как быть, если он не справится? Как быть, если мы снова окажемся одни и нам придется бороться за выживание? Как после Па.
Когда Генри с Джози уходят, Пру уже не пытается сохранять видимость спокойствия. Она топает в нашу спальню и снимает платье, смахивая слезы от бессилия, с агрессией, совершенно ей несвойственной. Она качает головой, глядя в пол и избавляясь от одежды, стиснув зубы.
– Поверить не могу, что у тебя хватило наглости обвинить Гидеона в этом ужасном преступлении. Как ты могла так поступить со мной, Темп?
– Я не выдумала эту историю, лишь бы испортить ваши отношения.
– Нет?
– Разумеется, нет! На карту поставлен мой заработок. Я бы ни за что не стала рисковать нашим положением, не имея серьезного основания.
Я скрещиваю руки на груди и оглядываюсь на дверной проем. Мама сидит в качалке, потягивая воду из стакана, смотрит на тлеющие угли и предается воспоминаниям. Ее голова склонена набок, как будто она прислушивается к нашему разговору. Но я могу и ошибаться. Я снова поворачиваюсь к Пру, не в силах скрыть, как я в ней разочарована.
– Должна признаться, никогда не думала, что ты такая эгоистка. До Молли тебе нет дела? До безопасности всех местных?
– Разумеется, есть!
Она так рьяно проводит гребнем по волосам, что наверняка вырывает клок.
– Тогда что же? Ты ведешь себя так, будто я из кожи вон лезу, лишь бы досадить тебе. В чем дело?
– Дело в другом.
Она со стуком кладет гребень на комод. И смотрит в пол, уперев руки в узкие бедра, словно китобой, высматривающий кита. Я прикусываю щеку и выпаливаю ужасную догадку:
