Читаем Девушка за границей онлайн бесплатно

– Не в этом смысле. Ничего навязчивого. Он вроде как вывалил все на меня и ушел, – я посмеиваюсь. – Спать пошел.

На мгновение я забываю, с кем разговариваю. Учитывая разницу часовых поясов, пообщаться с Элизой толком не удается, так что у меня, видимо, образовалась нехватка жилеток, куда можно поплакаться. С соседями по квартире я о таком точно поговорить не могу. Как и с Селестой, потому что она попросту расскажет все Ли. В здравом уме я бы ни за что не выложила все Нейту. Но с ним обманчиво легко разговаривать. Создается ощущение беспечности, и ты сам не ведаешь, что творишь.

– В общем, мы с ним поболтали и решили, чтоэтого никогда не было, – неловко заканчиваю я.

У Нейта есть неприятная особенность: он умеет сверлить пронизывающим взглядом в полной тишине, до тех пор, пока я не начну сомневаться в собственном существовании.

– У тебя встревоженный вид, – замечаю я. Молчание меня нервирует.

Он пожимает плечами.

– Со стороны Джека дерьмово было так поступать. Особенно с другом.

Я откладываю приборы.

– А что насчет нас? Мы с тобой друзья?

– Да. – Тон у него осторожный, он будто почуял, как изменилось мое поведение.

– Видишь ли, я не была уверена, стоит ли об этом заговаривать, но, раз уж мы тут обсуждаем поцелуи с друзьями… Я не пытаюсь стать разлучницей.

Лицо Нейта застывает подобно реке в безветренный день. По нему, казалось бы, невозможно ничего прочесть, но мне удается разглядеть за показным равнодушием волнение и неловкость.

– Кажется, я тебя и не просил, – напряженно замечает он.

– Но ты пытался меня поцеловать. И не пытайся сказать, что был пьян, этот предлог уже использовали до тебя.

О том, что Нейту некомфортно, свидетельствует лишь нервное подрагивание челюсти.

Когда он наконец отвечает, речь у него размеренная, а слова – взвешенные.

– Момент был органичный. Я не подстраивал ничего заранее, и мы не поддались порыву.

– Потому что нам помешали.

– Но ведь это все равно выбор, разве нет?

Теперь я понимаю. Таков его механизм отрицания.

– Скажи-ка мне кое-что, – прошу я. – Можешь, кстати, послать меня, если решишь, что меня это не касается. Дело в том, что я наблюдала за вами с Ивонн. Слышала, как она говорит о тебе. И никак не могу взять в толк, какой смысл вообще в вашем союзе.

Снова откинувшись на спинку стула, от неторопливо отставляет тарелку, давая себе время собраться с мыслями.

– А зачем люди вообще сходятся? Мы все ищем в других то, чего не хватает нам самим.

Я замолкаю, обдумывая его ответ. Мне его слова напоминают песню о том, что любовь будто нить сшивает нас обратно с давно утерянными вторыми половинками, что все дисфункциональные отношения – лишь попытка силой соединить два неподходящих фрагмента. С одной стороны, в этом есть крупица истины. С другой, такие изречения пишут на коробках с хлопьями и выдают за философию.

– И как Ивонн заполняет брешь в твоей жизни? – с расстановкой спрашиваю я.

– Ивонн – сложный человек. Независимый. Нетребовательный. Полагаю, меня привлекает стабильность. – На мгновение он замолкает. – Хотя она младше тех, с кем я обычно встречаюсь.

– Ей же двадцать два, верно? А тебе сколько – двадцать четыре?

Он кивает.

– Обычно я встречаюсь с женщинами постарше.

– Насколько старше?

– Намного, – признается он. – Как правило, от тридцати пяти до сорока. Они самодостаточны. Полностью сформировались. Не идут на поводу у капризов.

– Такое ощущение, что тебя больше интересует не романтическая идея второй половинки, а то, сколько сил придется приложить.

– Возможно. – Нейт задумчиво проводит рукой по волосам. – Женщины, с которыми я встречаюсь, ничего от меня не ждут, Ивонн в том числе. Я это ценю.

Кажется, это самое откровенное признание, которое мне удалось вытянуть из Нейта с момента нашей встречи. Редкая возможность мельком заглянуть за фасад обычно загадочного человека. Впрочем, он никого не обманывает, просто ведет себя уклончиво. Это привлекает и раздражает одновременно.

– Она тебе не нравится, – замечает Нейт, поглядывая на меня поверх стакана.

– Вовсе не так. Честно говоря, я ее почти не знаю. Когда мы в одной компании, она со мной очень мила. Она кажется откровенной. Остроумной. Но подругой я ее пока назвать не могу. В любом случае, как бы я к ней ни относилась, я вижу, где проходит черта, и уважаю это, – честно говорю я. – Вы с ней встречаетесь. Значит, ты принадлежишь ей. Я это уважаю и не хочу оказаться втянутой в ситуацию, где мне не место. Так что между нами не может быть никаких «органичных моментов». То, что случилось на кладбище, было неправильным, и мне бы хотелось удостовериться, что это не повториться.

На лице Нейта появляется привычное выражение: по нему снова ничего нельзя понять.

Я жду, что он согласится, вставит пару слов, но он в ответ лишь коротко кивает.

– Тогда договорились. – Я протягиваю через стол руку. – У нас исключительно платонические отношения. Исключительно на базе научных интересов. Ты практически мой стажер.

Он наконец улыбается.

– Значит, друзья. – Он пожимает мне руку.

Когда мы встаем, мне в голову приходит мысль, от которой я замираю.