Читаем Девушка за границей онлайн бесплатно
Селеста:
Я:
Селеста:
В нашу поездку в Рай Нейт вел себя как истинный джентльмен. Ничего даже отдаленно скандального или неприличного не произошло. Разве что у меня в голове, ведь теперь запах моторного масла и тепло двигателя напоминают мне о том, каково было прикасаться к его широкой груди, рассекая сельские дороги.
Он привез меня домой, в Ноттинг-Хилл, и с тех пор прошло почти две недели. Все это время я как одержимая размышляю над случайными мелочами, связанными с Нейтом. Например, над тем, что в джинсах у него крошечные прорехи. Потертые края задних карманов, навеки сохранившие очертания телефона и кошелька, стали светлее остальной ткани. Над тем, какая мягкая у него футболка. Какой маленький шрам над бровью. Какой низкий голос с хрипотцой.
Я окончательно выжила из ума.
Но Селесте об этом знать нельзя.
А вот Элизе…
Я:
Элиза:
Я:
Элиза:
Я:
А Джек слишком занят – цепляет всех на своем пути, кроме меня, но Элизе я об этом не говорю. По крайней мере, думаю, именно этим он и занимается. В последнее время он редко бывает дома.
Элиза:
Я:
Элиза:
Я:
Элиза:
Потому что думала, что, если притворяться, будто влюбленности не существует, она просто пройдет. Но не тут-то было.
Элиза:
Я:
Я вру. Влечение к Нейту достигло иррационального уровня, когда он может просто подышать и уже этим привести меня в восторг.
Элиза:
Я:
Элиза:
Я:
Элиза:
Правда? Ничто не привлекает меня меньше, чем образ жизни, который раньше вел папа.
Впрочем, Нейт и не собирается становиться музыкантом и гастролировать, так что у нас все могло бы получиться, и нет никаких причин…
Точно. Надо перестать вести себя так, будто у меня есть шанс с ним. Он встречается с Ивонн. Конец.
Я:
Сунув телефон в карман, я возвращаюсь. Мистер Баксли, как всегда, сидит за стойкой информации – охраняет драгоценные архивы от нас, бездельников, и наших сальных пальцев. Заметив меня, он кривится.
– Скажите мне вот что, – прошу я, как только он швыряет мне бланк. – Кто-нибудь из читателей пробовал заказать сюда пиццу? Или, может, тако? Для разнообразия?
Лицо его остается бесстрастным, абсолютно неподвижным и, пока я заполняю очередную анкету, ничего, кроме бесконечного пренебрежения, не выражает.
– Вы крепкий орешек, мистер Баксли, но я вас расколю. Однажды.
Кажется, убедить мне его не удалось, и он резко кивает, пропуская меня в архив. Такое ощущение, что я здесь уже прописалась – приволокла спальный мешок и установила мини-холодильник под столом. И завела на нем табличку со своим именем.




