Читаем Беринг онлайн бесплатно
Стоит обратить внимание на довольно странный тон письма. Такое ощущение, что его пишет юноша, а не убеленный сединами командор, за плечами которого две войны, многие годы командования сотнями людей и тяжелейший опыт руководства Первой Камчатской экспедицией. Мы слышим в этих строках отчетливые нотки отверженности и обиды, желание уязвить критиков и похвастаться своими достижениями. Неловко слышать, как сквозь эти строки проступают черты нелюбимого ребенка, который много лет спустя всё еще старается заслужить одобрение тетки, а через нее – и других членов семьи, не простивших когда-то его матери неравный брак…
С датировкой этого письма дело обстоит непросто, но на основании косвенных данных можно примерно определить время его создания. Ясно, что письмо написано между двумя экспедициями. Беринг называет себя капитан-командором – этот чин был присвоен ему 14 августа 1730 года. Упоминаемый в письме четвертый ребенок (дочь Анна Хедвига) родился во второй половине 1731 года – следовательно, письмо тетушке написано в первой половине или середине того же года.
В январе 1732 года Беринга вызвали в Петербург и специальным постановлением Сената наконец восстановили справедливость: «Выдать капитан-командору 1 ранга Берингу заслуженное жалование от 1 сент 30 года по 1 янв. 32 года и хлебное жалованье на 4 денщиков по московским ценам». Жалованье в те времена платили более чем нерегулярно – это было обычным делом. Если уж капитан-командору задержали жалованье аж за два года, то что говорить о его подчиненных? Мы еще увидим подобные вопиющие факты, а пока примем это как данность – и не будем удивляться стремлению членов экспедиции найти себе попутный заработок (в чем их регулярно обвиняли).
В ответ на представления Беринга 17 апреля 1732 года последовал указ Анны Иоанновны, по которому «велено ево Беринга отправить паки на Камчатку по поданным от него пунктам и предложениям, в которых Беринг писал, что по признанию ево Беринга Америка или иные земли от Камчатки не очень далеко, например, 150 или 200 миль и можно будет установить торги с тамошними обретающимися землями к прибыли Росиской империи».
Однако задачи новой экспедиции этим не ограничивались. Предложения Беринга заинтересовали облеченных властью людей, которые смогли убедить императрицу, что именно этот проект поставит ее имя в ряд славнейших российских монархов (и, наверное, это действительно так). Новая экспедиция должна была состояться в рамках еще более масштабного проекта, получившего в истории название Великой Северной экспедиции. Основные ее задачи и цели были сформулированы обер-секретарем Сената Иваном Кириловым и новым президентом Адмиралтейств-коллегии Николаем Головиным[66]. Помимо уже известных целей – картографирования Северо-Восточного прохода и отыскания северо-западных берегов Америки, предполагалось произвести обширные исследования северных морских путей между крупнейшими сибирскими реками и достичь берегов Японии. Фактически именно Великая Северная экспедиция заложила основу исследования Северного морского пути – гигантского по своим масштабам и значению начинания в истории нашей страны.
Сама идея морского сообщения вдоль всего северного побережья России высказывалась еще в «Препозициях» Федора Салтыкова – агента Петра в Англии. Поскольку «Пропозиции» были представлены Салтыковым Петру (а молодой Николай Головин, несомненно, читал их еще в Лондоне, где находился в то время вместе с их автором и в его непосредственном подчинении), вполне вероятно, что император мечтал о реализации этой грандиозной идеи, но в отдаленном будущем. И сейчас это время наконец пришло.
С этого момента Беринг занимался подготовкой экспедиции, разработкой подробной программы и подбором офицеров. 16 марта 1733 год последовал именной указ императрицы об организации Великой Сибирско-Тихоокеанской экспедиции. Начальником ее был назначен Беринг, его помощниками – те же Чириков и Шпанберг.
Немаловажным (а точнее, краеугольным) был вопрос затрат. Наверное, Анна Иоанновна не согласилась бы спонсировать все затраты из своей казны, однако умудренные опытом царедворцы распределили финансирование весьма, как казалось им, умело: первичные, очень скромные расходы возлагались на государственную казну, а дальнейшее обеспечение деятельности поручалось местным властям. В этом и состоял секрет того, как была согласована столь масштабная исследовательская экспедиция. Однако это же сделало ее такой медлительной и неповоротливой – мы помним, как в Первую Камчатскую командор тщетно и мучительно ожидал в Охотске со своими вконец оголодавшими людьми причитающийся им провиант. То же будет происходить и в дальнейшем…
