Читаем Искусник онлайн бесплатно
— Очень, очень интересно… — затянул генерал-лейтенант, и встрепенулся. — В таком случае, Роман Иванович, представьтесь товарищу Пухначёву в своем новом качестве. Пусть привыкает к вашему пригляду. И вообще, будьте к нему поближе уже сейчас, общайтесь… Ну, вас учить — только портить! Любопытно, знаете ли, очень любопытно, о чем же «девяточка» умолчала…
Укромных мест для снайпера нашлось всего два — либо на крыше здания, что стоял наискосок от дома Брута, либо на пятом этаже новостройки напротив.
Я выбрал стройку. Выстрел прозвучит уж слишком громко, перепугает многих. Могут и милицию вызвать. А строители…
Тут и кран, и бульдозер, и компрессор! В их шуме-гаме даже очередь из автомата затеряется.
Припарковавшись поблизости, я пробрался через щель в дощатом, грубо сколоченном заборе, окружившем стройплощадку, и кругом обошел вагончики СМУ, где мужики усиленно дымили, собираясь на раскомандировку.
Возводимый дом резонировал, впуская в себя звуки снаружи — ни окон, ни дверей. Ни перил… Повсюду серый бетон, где-нигде заложенный небрежной кирпичной кладкой.
По стеночке я взобрался на пятый этаж. Оконный проем с лестничной площадки открывался удачно — прямо передо мной, чуть пониже, виднелась кухня олигаршонка. За раздернутыми занавесками белели холодильник и мойка. Висячие шкафчики заклеены «переводилками». На столе, смыкавшемся с подоконником, куча немытой посуды. Тяжко Брутику без горничной, без кухарки…
Посматривая и прямо, и вокруг, я достал карабин. Увесистый «Тигр» приятно оттянул руку. С клацаньем зарядил. Движеньем пальца перевел на «О», глянул в прицел. Кухня приблизилась рывком.
Высветился белый кафель у раковины, темно-коричневый, местами подранный линолеум на полу, за окошком в ванную виднеется начатая пачка порошка «Лотос». А вот и наш герой пожаловал…
Сердце у меня заколотилось, я лизнул сухие губы — не каждый день идешь убивать. Присмотрелся в оптику: а Брут явно не в духе.
Натянув черные треники с пузырями на коленях, выпустив поверх майку, он приглаживал пальцами встрепанные волосы, и хмуро осматривался. Поболтал пузатым электрочайником — есть ли вода — и воткнул вилку в розетку. Достал брусок масла из холодильника, вынул полбатона из белой эмалированной хлебницы…
Я плавно повел стволом, ловя Брута в перекрестье паутинных линий. Сейчас… Нет, рано. Слишком тихо.
Враг мой сновал по кухне, организуя завтрак, и тут строители, притихшие было, заголосили снова, покидая вагончик, захохотали, подкалывая бригадира. Тот добродушно огрызался…
«Ну же… Ну…»
Оглушительно, как пулемет, зачастил стартер бульдозера. Обрадовавшись и напугавшись одновременно, холодея и потея, я прицелился. Дизель бульдозера взревел, заглушая хлесткий удар выстрела.
— Т-твою… — зашипел я.
Брут дернулся, ловя упавшую ложечку, и пуля, продырявив стекло, впилась холодильнику в белый бок. Олигаршонок мгновенно упал на пол, шарахнувшись к окну, под стол. Вторую пулю я выпустил сгоряча, наобум — раскаленный катышек металла кокнул тарелку на столе, рассыпая осколки и щепу. Мимо, мимо!
Матерясь, чего со мною давненько не случалось, я быстро зачехлил карабин. Внизу, гуляя заполошными эхо, разнеслись голоса рабочих.
До третьего этажа мне удалось спуститься незамеченным — и бесшумно отшагнуть в проем будущей двери, притаиться за углом. Бригада ступала так, что пролет гудел под кирзачами.
— Я ему говорю, — бубнил кто-то, — не те, мол, электроды! А он мне: «Других нет!» Здра-асте, говорю. А чем мне тогда варить? Хером?
— Да все у него есть! Мироныча, что ли, не знаешь? Это ж Плюшкин!
— Алешка-а!
— Чего орешь?
— Нам опять кран не дают!
— Т-твою мать… моя мать на базаре видела!
Гул и множественное шарканье поднялись этажом выше, и я тихонько сквозанул прочь. Не зря хоть в «жмурки» со строителями играл — успокоился, отдышался… И понял, что в «догонялки» и «стрелялки» с Брутом надо доиграть сегодня. Срочно!
Спотыкаясь на колеях, продавленных в развороченной желтой глине, я добрался до машины. Первый блин комом…
«Ничего, — дернулся уголок рта, — тесто еще есть. Дожарим!»
Уложив карабин в багажник, я просунулся за руль. Плохо стриженный кустарник, наросший вокруг, неплохо заслонял «Ладу», и без того терявшуюся на фоне недостроенных корпусов цвета пасмурного неба. Улучшается жилищное положение трудящихся…
Я привстал с сиденья, высматривая бледно-оранжевый «Москвич». Машина по-прежнему сиротливо торчала у подъезда, дожидаясь хозяина.
— Чтоб тебя…
Пока меня не было, олигаршонок мог десять раз выйти и скрыться. Хотя, логично рассуждая, «сделать ноги» лучше, сидя за рулем. Логика меня не подвела — из подъезда выскочил Брут-Врублевский, сражаясь с перекрученным пиджаком. Раздраженно швырнув одежонку на заднее сиденье «Москвича», он юркнул на водительское, и сдал назад — малолитражка возмущенно заревела не прогретым мотором. Наплевав на нужды механизма, Федор Андреич развернулся и погнал к переулку.
Я тронулся следом, как поэты твердят — решимости полон.
