Читаем Ферзь онлайн бесплатно
— Охранную… артель? — переспросил он, нахмурив кустистые брови. — Арсений, помилуйте. Мы в Российской империи живем. Государство монополию на сыск и вооруженную охрану держит железной, мертвой хваткой! Коммерческих агентств, как у американца Пинкертона, у нас в природе не существует. Любая попытка создать независимую структуру с ружьями будет расценена как подготовка к бунту!
Стряпчий откинулся на спинку, принявшись разъяснять реалии:
— Закон дозволяет нанимать дворников, которые де-факто служат глазами полиции. Купцы могут сколотить бригаду ночных сторожей с круговой порукой для складов. На худой конец, фабриканты оплачивают из своего кармана казенную фабричную полицию. Но частная компания… Исключено.
— Вы меня не поняли, — жестко прервал я лекцию. — Мне не нужны сонные дворники со свистками. И ночные сторожа с колотушками тоже не нужны. Речь о другом.
Юрист прищурился, превратившись в слух.
— Подумайте вот о чем. Предположим, едет купец за Урал или путешественник богатый. Мошна тугая, а кругом тайга, беглые каторжники да лихие люди. Городового с собой не наймешь. Или князь какой решил кости размять, рвануть в Африку на слонов поохотиться. Им нужны люди доверенные, готовые стрелять на поражение и не задавать лишних вопросов. Моя артель таких людей предоставит.
В кабинете повисла долгая, вязкая тишина. Только в углу тихо потрескивали дрова в камине. Стряпчий переваривал сказанное.
— Но оружие… — медленно протянул Марк Давидович, массируя пухлый подбородок. Глаза юриста забегали, выискивая подводные камни. — Вооружить частный отряд? Министерство внутренних дел сгноит нас в Петропавловской крепости.
— Вот поэтому я сижу в вашем кресле, а не в трактире, — парировал я, не повышая голоса. — Ищите лазейку. Не знаю даже, может, оформить это как общество охотников-экспедиторов. Как личных слуг с правом ношения оружия. Должен быть путь. Опять же, грузы отправить кто захочет куда-то далеко. А своих людей не найдется.
Стряпчий медленно, шумно выдохнул. В глазах загорелся неподдельный профессиональный азарт. Задача балансировала на грани фола и была интересная.
— Нетривиальные задачи вы подкидываете, молодой человек, — с искренним уважением произнес юрист, покачав головой. — С вами иметь дело… странно, но чертовски интересно. Петр, что ходил с вами по мануфактурам, до сих пор крестится, когда вас вспоминает. И отзывается исключительно высоко. Но тут… тут придется попотеть, и, возможно, даже выхода не будет.
Рука нырнула за пазуху, и красная десятирублевая ассигнация легла на зеленое сукно прямо перед юристом.
— Это на табак и на подумать, — коротко обозначил я статус купюры. — Ищите решение, Марк Давидович.
Красненькая моментально исчезла в пухлой ладони стряпчего.
— Я подумаю, Арсений, даже посоветуюсь кое с кем, — серьезно кивнул он, провожая взглядом. — Дайте мне несколько дней.
Покинув контору, шагнул на улицу и, поймав ваньку, двинулся на Варшавский вокзал.
Мороз на набережной Обводного канала стоял такой, что извозчичья лошадь поминутно всхлипывала, выбивая из ноздрей густые сизые клубы пара. Я сидел в пролетке, глубже зарывшись подбородком в воротник, и из-под нахлобученного картуза разглядывал монументальную тушу Варшавского вокзала. Отсюда, от заснеженной кромки воды, он казался огромной крепостью из закопченного гранита и стекла. Огромный арочный витраж главного фасада тускло поблескивал под серым питерским небом, а из-под массивного путевого дебаркадера со свистом вырывался тяжелый локомотивный угар — там, на путях, под легкими железными навесами готовили к отправлению эшелон.
Парадная сторона вокзала сияла лоском — узорная решетка забора, заиндевевший привокзальный сад, синие мундиры жандармских унтер-офицеров, неспешно патрулирующих боковые площади. Фараоны пасли чистую публику первого класса.
— Сворачивай на Варшавский проезд, отец, — негромко бросил извозчику, не вылезая из рогожи. — К товарным дворам вези.
Полозья скрипнули, огибая вокзал. Парадный Петербург оборвался сразу за поворотом. Пролетка нырнула в мир ломовых подвод и кирпичных складов. Навстречу, громыхая железными ободами по булыжнику, тянулись тяжелые телеги, груженые бочками и ящиками.
Вылез я у Товарной конторы, расплатился с ванькой и неторопливо пошел вдоль рельсовых вееров, ковыряя носком ботинка грязный наст и прикидывая, как лучше обстряпать дело. Картина вырисовывалась жесткая, со звездочкой.
Казенные пакгаузы тянулись бесконечной краснокирпичной стеной. Я шел мимо, косясь на кладку — старый, прочный обжиг, на торцах строгие пилястры и фигурные щипцы, на кирпичах отчетливо виднелись выбитые клейма: «Л. Р.» и престижная «НЕВА». Окна — узкие, лучковые арки, забраны толстыми железными решетками. Конструкция брутальная, на века сбитая. Искомый склад обнаружился ближе к концу ветки, со стороны канала. Погрузочные ворота были заперты на тяжелые пудовые замки, на дужках тускло поблескивали казенные свинцовые пломбы.
