Читаем Ферзь онлайн бесплатно
— Умница. Цену себе знаете теперь. Марку держать, халтуру не гнать.
Густой удар колокола под сводами здания оборвал разговор. Вечерняя служба. Отлынивать нельзя.
Народ тут же повалил из дортуара, подхватывая меня за собой.
В молельне царил полумрак, разбавляемый лишь дрожащими огоньками лампад. Священник возвышался у аналоя. Я неслышно прошел в задние ряды к своим парням. Губы мои привычно, на автомате зашевелились, повторяя слова молитвы.
После службы отец Иона вновь проконтролировал, как я читаю молитву и исполняю епитимью Орнатского.
Закончив, я двинулся на чердак.
Парни возились со своими пожитками: кто-то чинил обувь, кто-то перекидывался в карты. Увидев меня, они покосились, но продолжили свои занятия.
— Васян, Сивый, — позвал я, опускаясь на свой матрас.
Оба тут же подошли ближе.
— Завтра с утра идете со мной. Куртки вычистить, лица умыть. Будете за спиной стоять для веса. А как освободимся, Васян, бери мерина, телегу, пару парней, и дуйте к Старке. Он инструмент собрал, готов переезжать. Поможете разместиться в новой комнате, а потом в подвале, как он скажет.
— Сделаем, — басовито произнес Васян. — Все в лучшем виде перевезем.
— А я⁈ — тут же подскочил Яська, обиженно взмахнув искалеченной рукой. — Чего я тут кисну? Тоже в дело хочу!
— Твое дело — учится, — отрезал я.
В дальнем углу многозначительно переглянулись Кот и Упырь.
Им тоже бы какое дело найти, а то и вправду закиснут и чудить начнут.
Посидев немного, я завалился спать.
Открыв глаза, сел на матрасе. С утра было полегче, но слабость все еще ощущалось. Чердак мгновенно ожил. Васян и Кот без лишних слов натягивали рубахи. Бяшка зевал во весь рот, Упырь протирал глаза.
Поднявшись на ноги и стараясь не делать резких движений, я привычно влез в кожаную сбрую. Барабан револьвера коротко щелкнул, ствол привычно лег под пиджак. Поверх натянул пальто.
— Хорош телиться. Пошли.
Стая гуськом потянулась вниз. На кухне Даша вместе с девчонками уже раскладывали по мискам густую пшенную кашу. Передо мной тут же возникла кружка с обжигающим рубиновым морсом и вторая — с разведенным порошком. Которые я в один присест выпил.
Утренняя служба у отца Ионы прошла по отработанному сценарию.
Направившись к директору, я обнаружил там почти всех. Владимир Феофилактович нервно одергивал лацканы сюртука. Рядом с ним жался сухопарый и молодой письмоводитель, намертво вцепившийся в пухлую папку. Он испуганно косился в сторону Васяна и Сивого.
Дверь кабинета скрипнула. Первым спиной вперед ввалился Ипатыч, выставив перед собой метлу на манер рогатины. Следом неторопливо шагнул Рябой.
Григорий обвел присутствующих немигающим взглядом и, кивнув, молча прислонился к косяку.
— Это к тебе Сеня. Пойду-ка я. Но вы кричите, ежели чего, — выдал Ипатыч и поспешил покинуть кабинет.
Письмоводитель окончательно побледнел и вжался в стену.
Владимир Феофилактович кашлянул, привлекая к себе внимание, и протянул сложенный вдвое лист.
— Вот адреса, Арсений. Сюда нам надлежит заскочить и провести… соответствующие беседы.
Педагог запнулся. Его взгляд помимо воли скользнул к застывшему у дверного косяка Григорию.
— А это… простите, кто? — сглотнув, осторожно поинтересовался директор и нервно поправил съезжающее пенсне.
Уголок моего рта дернулся вверх.
— Наш сопровождающий, — кивнул я на хмурого Рябого. — Исключительно хороший и душевный человек.
Позади раздался сдавленный хрюк. Васян заржал в голос. Правда, тут же поперхнулся воздухом под тяжелым, немигающим взглядом самого Рябого и гулко закашлялся в кулак.
Развернув полученную бумагу, я быстро пробежался глазами по строчкам.
На третьей позиции чтение закончилось.
«Механическая мастерская купца Глухова».
Губы сами собой поползли в стороны.
— Начнем с Глухова. Почти родные места. Давненько туда не заглядывал. Пора навестить старых знакомых. Да и задолжали там не только приюту.
Глава 12
Двери приюта с глухим стуком захлопнулись. Морозный воздух немедленно ожег легкие, заставив плотнее запахнуть воротник пальто. Свинцовое небо нависало над Петербургом, сыпля мелкой снежной крошкой.
Владимир Феофилактович зябко передернул плечами. Пенсне на его носу мгновенно запотело от перепада температур.
— Арсений, — сглотнув стылый воздух, запинаясь произнес директор. — Путь неблизкий… Может, извозчика наймем? Или на конку сядем?
— Лишнее это, Владимир Феофилактович. Тут ходу десять минут.
Скрип снега под подошвами разорвал утреннюю тишину улицы. Впереди шел я, задавая темп. Следом семенил директор и окончательно побледневший письмоводитель, намертво прижавший к груди кожаную папку. Замыкали строй хмурый Рябой и Васян с Сивым. Народ на тротуарах инстинктивно шарахался в стороны, уступая дорогу странной делегации.
Маршрут всплывал в памяти сам собой, до мельчайших поворотов. Именно этой дорогой вел Спица. Тогда город казался чужим и грязным. Лязг железных ободов, истошные крики разносчиков, вонь канав и конского навоза сбивали с ног.
Теперь Петербург предстал иным.
