Читаем Ферзь онлайн бесплатно
— Какова красота игры… — пробормотал он, разглядывая карту Петербурга на стене. — Вы понимаете, что мы видим, господа? Неизвестная артель тихо и спокойно взяла склад и никто бы ничего не узнал если бы не другие.
Следователь молча полез в карман кителя. На зеленое сукно столешницы со стуком легли три деформированных куска свинца
— Из кирпичной кладки выковыряли, — пояснил офицер. — Банде не дали уйти. Кто-то засел возле ворот и не пускал, ведя огонь. Я думаю, что это были из другой банды которая, провернула все тихо. Били метко, но на поражение не стреляли. Предполагаю, делали это, что бы сами смогли уйти без погони, наверняка на это надеялись.
Путилин склонился над столом. Подцепил пальцами сплющенную пулю, поднес к свету.
— Калибр Смит-Вессона, — констатировал он. — Точно такие револьверы ушли из оружейного магазина Фокина. И именно этим калибром изрешетили Ваньку Козыря.
Он бросил кусок свинца обратно на сукно.
— Хитро, тут чувствуется выучка. Все таки военный, — пробормотал Путилин себе под нос.
Он резко развернулся к подчиненным.
— Ищите среди отставных военных. Которые недавно объявились в городе не больше года. Ищите солидного, статного человека с хорошей речью. Выполнять.
Дверь за следователями закрылась. Путилин подошел к окну, вглядываясь в стылую петербургскую хмарь. Великий сыщик предвкушал занятную шахматную партию с достойным противником.
Глава 23
Глаза открылись с заметным усилием.
Печурка еще пыхтела с прошлой закладки, но к утру стало прохладней. Я хрустнул шеей и сел.
Парни еще спали. Васян храпел так, что доски под ним отзывались мелкой дрожью. Сивый свернулся клубком в углу, прикрытый овчиной. Кот лежал на спине, накрыв лицо рукавом. Яська ворочался, бубнил во сне и улыбался во весь рот.
Поднявшись, я неторопливо натянул сапоги.
«Сегодня к полудню к Анне Францевне. Завтра — в свет», — всплыла сама собой мысль.
Не став будить парней, я спустился в приют.
В коридоре пахло вареной репой — Даша уже растопила плиту. Я прошел мимо кухни, не заглядывая, и спустился в подвал.
Старка уже был здесь и сидел на своей тележке у верстака, методично обрабатывая паяльником край прохудившегося таза.
Заметив движение, он оторвался от инструмента. Кустистые брови недовольно сдвинулись, оценивая мою помятую физиономию.
— Гляди-ка. Спозаранку вылез, — пробурчал старик. — Рожа у тебя, краше в гроб кладут. — Перехватив с края стола тряпку, он аккуратно смахнул остывающую каплю олова.
— Ничего, побегаем еще, — усмехнулся я.
Старка коротко хмыкнул в бороду. Жало паяльника снова зашипело, вгрызаясь в металл.
— Бродишь как неприкаянный. Шел бы поспал еще.
— Вылеживать бока некогда. В город надо.
— В город ему надо, — проворчал инвалид, накладывая свежую порцию припоя на шов. — Смотри, снова башку где-нибудь не сверни. Без тебя тяжко будет. Мне тут твоих лоботрясов хватает — вчера тиски чуть с корнем не вырвали, ироды. Глаз да глаз.
— Ничего, обтешутся, — усмехнувшись, я вернул тряпку на место.
— Иди уж. Не засти свет. Олово стынет.
Я поднялся в коридор и все же заглянул на кухню.
Даша возилась у печи. Голова в платке, рукава засучены. Услышала шаги — обернулась и чуть покраснела.
— Сеня. Садись, сейчас горячего подам.
Она тут же отрезала горбушку, плюхнула на нее масло — толстым желтым ломтем, как для попа на праздник, в тарелку положила каши и вареной репы. Подала молча. Глаза опущены.
Я взял. Откусил.
«Девка взрослеет, — кольнула мысль против воли. — И это плохо. Мне сейчас точно не до этого. И ей не надо. Не для меня цветы цветут. И не для нее».
— Спасибо.
— Маслом еще намазать?
— Хватит. Мне сегодня не на Масленицу.
Она едва заметно улыбнулась — уголком губ. Я кивнул и вышел.
В коридоре оказалась стая, бредущая на кухню. Ко мне тут же подскочил Бяшка. Картуз сбит на затылок, физиономия красная.
— Сень, я по делам по торговлишке!
— Ну? — кивнул я.
— Третий день кряду, Сень! — Бяшка вытащил из-за пазухи тетрадку, ткнул в страницу пальцем. — По пять–семь штук уходит! Полные брюки, костюмы и пальто! Ольга вчера приказчику такое втюхала, он аж извинялся, что только пятнадцать рублей с собой, побежал домой еще!
— Цены не сбавляете?
— Тверже камня, Сень! Как ты и учил! Уходит — значит, цена в самый раз!
— Завтра я с тобой пойду на Апрашку.
Бяшка моргнул. Поначалу не понял.
— Ты? — переспросил неуверенно. — Сам?
— Сам. Пройдусь, посмотрю, как все идет. Потом, может, и некогда будет. Все, иди жуй.
Через полчаса прозвенел колокол, созывая всех на утреннюю молитву. Отстояв положенное, я прогулялся по приюту. Дежурные с повязками гордо вышагивали по этажам. Костя начал вести уроки.
Времени до выезда оставалось часа полтора, и я полез на чердак одеваться. Кот молча наблюдал, как я застегиваю пиджак.
— Если что — ты главный, — кинул я через плечо. — На Апрашку к Бяшке загляните, разузнайте, как там. Яську с собой захватите, проветритесь. На днях к Митричу сходим и Грачику, там тоже осмотришься.
— Сделаю, Сень.
— Вот и славно, — кивнул я, снимая с гвоздя пальто.
