Читаем Ферзь онлайн бесплатно
— Понимаю ваши опасения, матушка. — Голос дрогнул, прозвучав глухо и надломлено. — Но поймите и вы меня. Эта поездка… не блажь. Это мой последний долг.
Я поднял на нее глаза, полные печали.
— Там, на погосте, лежит моя мать. Я должен поехать. Должен поклониться ей в последний раз и попросить прощения. Мне нужно. Чтобы вернуться сюда, под ваше крыло, и начать новую, чистую жизнь. Без оглядки на прошлое. Умоляю, позвольте мне отдать этот долг.
Анна Францевна замерла. Она долго, испытующе вглядывалась в мое лицо, пытаясь найти там фальшь. Не нашла.
Опекунша тяжело, обреченно вздохнула и прикрыла глаза.
— Хорошо, Арсений. Я согласна, — тихо произнесла она. Пальцы легли на застежку папки. — Вы поедете в Москву. Однако…
Глава 19
— Однако, Арсений, — ее голос приобрел металлический лязг, отсекающий любые возражения, — вы поедете не один.
Почтительно склонив голову, пришлось изобразить полную покорность:
— Как вам будет угодно, матушка.
Анна Францевна откинулась на спинку кресла.
— Разумеется. Отпускать юношу одного — немыслимая глупость. Вас будет сопровождать доверенный человек. Я сама подберу кандидатуру. Он проследит за безопасностью пути и, — вдова многозначительно приподняла бровь, — проконтролирует ваши расходы.
В висках глухо застучало. Навязанный конвоир. Эту проблему придется как-то решать, но вступать в торг прямо сейчас не стоило.
— Ваша забота безмерна, — тихо отозвался я сквозь зубы, искусно пряча за этой фразой накатившее раздражение.
— И второе, — продолжила Адельсон, пропустив мои слова мимо ушей. Взгляд аристократки с брезгливым осуждением прошелся по моим разбитым костяшкам и надолго задержался на фингале. — Пора входить в общество. Хватит отсиживаться за глухими заборами приюта. Как я говорила, в пятницу княгиня Мещерская дает званый ужин. Там будут юноши и вашего возраста: кадеты, гимназисты. Вы должны присутствовать.
Светский раут. Малолетние дворяне.
— Боюсь, мой гардероб не соответствует столь высокому приему.
Тайная советница снисходительно усмехнулась, плавно поведя кружевной манжетой:
— Оставьте эти хлопоты мне. Костюм от Мориса поспеет в четверг. Доставят прямо сюда. И смею надеяться, что к пятнице от ваших… уличных отметин не останется следа.
Аудиенция завершилась. Выдав безупречный поклон по всей строгости французского политеса, отработанного с мсье Дюбуа, я покинул Анну Францевну.
Оказавшись в пустом коридоре особняка, с силой потер переносицу. Пространство для маневра стремительно сужалось. Пятничный раут крал драгоценное время, а четверг неминуемо сожрут примерки.
Да и насчет сукна надо спешить, Митрич ясно обозначил пять дней.
Я сжал кулак, и кожа на сбитых костяшках отозвалась резкой болью, быстро прочистив мысли. Выбора не оставалось. Время тянуть больше нельзя.
Брать склады придется прямо сегодня ночью.
Вырвавшись из особняка, я с наслаждением глотнул стылый уличный воздух. Холодный ветер мгновенно ударил в лицо, заставив плотнее запахнуть воротник пальто.
Взмахом руки тормознув проезжающего ваньку, запрыгнул на жесткое сиденье. Полозья с сухим визгом разрезали снежный наст, унося экипаж прочь от парадного Петербурга.
У высокой чугунной ограды приюта пришлось потоптаться. Сквозь толстые прутья виднелся пустой, заметенный снегом двор с расчищенными тропинками. Только спустя пару минут массивная входная дверь приюта скрипнула. На крыльце показалась фигура дежурного. Малец неторопливо побрел к воротам.
— Чего телишься, замерз же! — рявкнул я сквозь зубы, когда пацан наконец начал возиться с тяжелым засовом.
Металл с лязгом поддался. Оттерев дежурного плечом, я быстрым шагом пересек двор, проскочил гудящие коридоры и взлетел по ступеням наверх.
Чердак встретил плотным жаром раскаленной ирландки. Возле самой печи Кот со Спицей неспешно катали по деревянной доске точеные шахматные фигуры, о чем-то тихо переговариваясь, рядом сидел Упырь, наблюдая за ними. В углу, свернувшись калачиком, дремал Шмыга.
Сняв пальто, я повесил его на гвоздь.
— Отдых окончен, — бросил в повисшую тишину. — Идем на дело. Сегодня.
Стук фигур моментально оборвался.
Кот деловито подобрался. Отложив шахматную фигуру, он посмотрел на меня.
Расслабленная чердачная скука испарилась в долю секунды, уступив место колючему, деловому напряжению.
— Слушай сюда и запоминай.
Покрутив головой, я заметил на одном из ящиков огрызок карандаша и тут же подошел к нему. Чиркнул по доске пару линий, выстраивая карту.
— Сюда иди, — мотнул я головой Коту, и он подошел.
— За Варшавские вокзалом стоят товарные дворы, тупиковая ветка, что уходит на юг, в сторону Митрофаньевского кладбища. Третий краснокирпичный пакгауз от Обводного канала. Здание монументальное, окна забраны толстыми решетками. На воротах висит пудовый замок и свинцовая пломба.
Кот внимательно смотрел на рисунок, запоминая.
