Читаем Ферзь онлайн бесплатно

— Замечательная работа, — обрезал я купеческий полет. — Но мне не в генеральский кабинет. Требуется в сиротский приют. Чтобы мальчишки играли, роняли и не жалели. Покажите товар проще. Деревянные, без свинца и затейливой резьбы.

Служащий разочарованно вздохнул, убирая шедевр под прилавок. Нырнув к нижним полкам, старик выудил стопку картонных коробок. Внутри теснились гладкие точеные пешки. Дешево и надежно.

— Рубль двадцать за набор, — сухо отчеканил клерк, потеряв половину энтузиазма.

— Беру десять. Одну заберу сейчас, — запихнув картонку прямо в открытый зев саквояжа, я отсчитал двенадцать рублей мелочью, добавив сверху рубль. — Остальные доставьте в сиротский приют Шаховского.

— Привезем в лучшем виде! — мгновенно вернув почтительность, старик проворно смахнул деньги.

Подхватив потяжелевший баул, я зашагал обратно под своды аркад. Спешить на пронизывающий ветер не хотелось, и я неторопливо пошел вдоль нескончаемых торговых линий.

Взгляд цеплял детали, невидимые для обычной публики. Вот за витриной скучает приказчик — товар у него разложен густо, но бестолково, бери и беги. А вот здесь, у скобяных рядов, хозяин хваткий: замки, петли и инструмент выставлены так, что глаз радуется. Мелькнула мысль прикупить хороших тисков для дяди Осипа, но решил оставить на потом. Проходя мимо мануфактур, я лишь мотал на ус и приценивался: сколько просят за аршин аглицкого сукна, почем отдают юфть и хром.

Шум Гостиного двора давил на уши: крики зазывал, звон меди, шелест тяжелых дамских юбок. Огромное чрево рынка переваривало сотни тысяч рублей ежедневно.

Вынырнув из-под каменных сводов на проспект, я тут же получил ледяную пощечину от ветра.

— Эй, отец! К Шаховскому! — крикнул я, махнув рукой проезжавшему ваньке на облезлых розвальнях.

Забросив саквояж в ноги, я запрыгнул на жесткое сиденье. Лошаденка дернула, и полозья с гулким скрежетом врезались в снежный наст, увозя меня прочь от торговой суеты.

Добравшись до приюта, я спрыгнул с саней и глухо ударил сапогом в ворота:

— Эй, открывай!

С той стороны захрустел снег, звякнул засов, и Спица торопливо распахнул передо мной калитку.

Во дворе царила суета. Подвода Васяна застыла у распахнутых дверей. Вокруг прямо на снегу громоздились узлы с пожитками, деревянные ящики, мотки медной проволоки, тяжелые тиски и закопченные паяльники.

Сам Старка восседал на своей тележке посреди двора, зорко контролируя разгрузку.

— Здорово, батя! — окликнул я, подходя ближе. — Как добрались? Не растрясло по ухабам?

— Не рассыпался, — проворчал лудильщик, смахивая иней с густой бороды. И тут же рявкнул на сгибающегося под тяжестью Трофима: — Куды прешь кислоту, орясина⁈ Это в мастерскую неси! А тюфяк и сундук мой волоките в комнату. Да аккуратнее, не дрова грузите!

Раздав указания, Старка уперся мозолистыми руками в снег и рванул на тележке вперед, намереваясь штурмовать обледенелые ступени самостоятельно. Тележка угрожающе скрипнула и скользнула на первом же уступе.

Васян и Сивый, не сговариваясь, подскочили с двух сторон и намертво вцепились в деревянные борта.

— А ну пусти! — тут же взвился ветеран, яростно отбиваясь от помощников. — Руки убрали, стервецы! Я вам что, куль с отрубями, чтоб меня на горбу тягать⁈

Но парни, не обращая внимания на ругань, слаженно рванули тележку вверх. Они аккуратно затащили брыкающегося лудильщика на крыльцо, а затем внесли в приют.

В просторном вестибюле нас уже ждали. Владимир Феофилактович нервно потирал руки, а позади директора переминался Ипатыч. В дверях коридора столпилась мелюзга — пацаны во все глаза разглядывали безногого мужика и перешептывались.

— Чего вылупились, щенята⁈ — гаркнул лудильщик на зрителей. — А ну, брысь по норам!

Детвора прыснула в стороны. Я выступил вперед.

— Владимир Феофилактович, Ипатыч, знакомьтесь, — указал я на ветерана. — Это дядя Осип. Наш новый главный мастер и наставник.

— Приятно познакомится, добро пожаловать в приют. Комнату для вас мы уже подготовили. — И директор учтиво кивнул, а Ипатыч уважительно снял шапку перед старым солдатом.

— Трофим, бери вещи, — скомандовал я. — Ипатыч, показывай комнату.

Дворник закивал и повел процессию по коридору первого этажа. Оказавшись в выделенном помещении, Старка крутнул колесики тележки, придирчиво осматривая кровать и саму комнату. Убедившись, что Трофим благополучно опустил сундук в угол, мастер удовлетворенно хмыкнул.

— Жить можно, — скупо одобрил он. — А теперь мастерскую давай.

И Ипатьич повел нас к подвалу.

— Вот там будет ваша мастерская, а после построим во дворе отдельно, — неуверенно произнес Владимир Феофилактович.

— Хочу поглядеть, что за хоромы вы мне под работу выделили, — проскрипел Старка, недовольно косясь на ступени.

Спуск давался большой кровью. Каменные ступени были крутыми. Васян и вытянувшийся Сивый с двух сторон ухватили инвалидную тележку. Старка намертво вцепился узловатыми пальцами в ее деревянные борта.

— Руки-крюки! — снова рыкнул мастер, пытаясь скрыть за агрессией собственную уязвленную гордость. — Осторожней неси, не казенное!