Читаем Тихони онлайн бесплатно
Я снова смотрю на него как раз в тот момент, когда вижу, как Лукас оглядывается на нас.
Я улыбаюсь, пожимая его руку.
– Куинн Карутерс. Приятно наконец познакомиться.
Она смеется. Почему меня это бесит?
Он улыбается, она краснеет, они разговаривают, а я бегу чуть быстрее, чтобы они меня не обогнали. И они снова улыбаются. И разговаривают, и разговаривают, и разговаривают.
Я думал, что увижу ее сегодня здесь, но не знаю, почему решил, что она будет одна.
Наверное, это просто напоминание о том, что мир продолжает жить без тебя. Раньше Куинн хотела, чтобы я был рядом.
Теперь у нее есть чужое внимание.
Я резко поворачиваю голову в сторону, хрустя шеей. Хорошо, что вокруг нее есть люди. У него по крайней мере мягкий подход. Беззаботные глаза, которые смотрят на нее так, будто ему семь и она несет тарелку с печеньем. Не как у того другого, который смотрит на нее так, будто уже знает, чем закончится этот вечер, и все будет в его пользу.
Я схожу с беговой дорожки, хватаю со скамейки полотенце и бутылку с водой и вытираю пот со лба, которого на самом деле нет. Я бегал всего несколько минут, стараясь не думать о том, что я специально пришел в то время, когда она могла бы появиться.
Мэдок был здесь прошлой ночью. Я просто хотел еще немного пообщаться с ними обоими до отъезда. Но я его еще не видел.
Направляюсь к кулеру и вижу, как они пробегают мимо, ее партнер по бегу держится всего в паре дюймов, его глаза опускаются на ее задницу.
Ной Ван дер Берг.
Мэдок рассказал мне о нем сегодня на треке – новое почетное дополнение семьи. Он в гоночной команде Джареда, живет с ним и Тэйт и играет роль псевдо–старшего брата для их сына, Джеймса. К тому же он хороший друг Дилан.
Вообще, он дружен со всеми, как я слышал.
Я мельком видел его на Петле – он сидел на мотоцикле и заигрывал с какими–то девушками. Я могу с расстояния в милю разглядеть молодого парня, который недавно приехал в город и наслаждается обилием новых лиц. Они не против, что он развлекается, но будут против, если он начнет развлекаться с Куинн. Я это гарантирую.
Делаю глоток из своей бутылки.
– Он сегодня придет? – слышу я чей–то голос.
Я делаю еще один глоток и замираю. Кажется, это другой парень, с которым была Куинн.
– Во сколько? – спрашивает он.
Он говорит по телефону.
– Во сколько? – спрашивает снова, но уже жестче.
Делаю шаг, потом еще один и замечаю за углом другого блондина, стоящего спиной к стойке с полотенцами. В руке у него телефон, в ухе – наушник.
– Думаешь, я хочу занять его место? – ухмыляется он. – Сначала я займу твое.
Он запускает руку под черную футболку и потирает живот.
– А потом Ривз, блять, узнает, как недолговечна власть, когда за тобой нет людей.
Я снова отступаю за стену.
Ривз.
Дрю Ривз?
– Я не опоздаю, – слышу я его голос. Но затем он смягчается. – Ну, может, опоздаю. Мне нравится то, на что я сейчас смотрю.
Делаю еще шаг и вижу, как он провожает глазами Куинн, бегущую с Ноем.
– Не жди меня.
Он заканчивает звонок, убирает телефон в карман облегающих серых спортивных штанов и поворачивается.
И тут я это вижу.
Слово «RIVER», вытатуированное вертикально по боку шеи, с чертой, перечеркивающей слово.
У меня внутри все обрывается. Блять.
Я стою и смотрю, как он возвращается к Ною и Куинн, которые перестали бежать и подошли к тренажерам. Что–то скручивается в животе, пока я сжимаю зубы.
Татуировка. Чертова татуировка.
Грин–стрит.
Он сказал «а потом Ривз узнает…»
Как будто он все еще здесь.
Но его здесь нет. Я проверил. Два года назад его вывезли. Продажный коп из Шелбурн–Фоллз, который заправлял бандой Грин–стрит в Уэстоне и попался на том, что использовал конфискованные товары в своих интересах и втягивал кучу подростков в свои грязные дела. Он сбежал, а власть перешла к одному из подручных.
Но восемь лет назад Дрю не был копом. И он был не один.
Мне здесь больше не рады ни при каких обстоятельствах, но я не мог сказать об этом матери, когда она заставила меня приехать. Даже Лэнс не знает, что случилось.
И Мэдок никогда не узнает.
Грин–стрит доставляет ему проблемы? Если я вижу кого–то с татуировкой всего через два дня после приезда, значит, группировка процветает.
Ни один из этих гребаных парней не должен находиться рядом с Куинн.
Лэнс подходит ко мне, закончив с беговой дорожкой.
– Ноги? – спрашивает он.
Я забыл, что он здесь.
Я смотрю, как Куинн идет к тренажеру для жима плеч, а ее друзья крутятся рядом.
– Верхняя часть тела. – И я ухожу.
– Но мы делали это вчера.
Я не останавливаюсь, и он не спорит.
Забираясь на тяговый тренажер, я смотрю на Куинн в зеркале, вижу ее примерно в двадцати футах позади меня с парнями. Она начинает подходы, Ной рядом с ней на скамье для жима, а другой топчется позади нее. Как его зовут?
Куинн не смотрит на меня, ее подбородок опущен.
Но затем… она поднимает голову и ловит мой взгляд в зеркале. Она одаривает меня маленькой улыбкой, и мое сердце подскакивает к горлу.
Я забыл, как все ее лицо озаряется, когда она так делает.
– Ну, и как тебе Фоллзтаун? – Лэнс зависает передо мной, его руки сжимают перекладину над головой.
