Читаем Тихони онлайн бесплатно

Аро отряхивает руки и выбрасывает пустые обертки в мусор.

– Можно мне с вами? – спрашивает она нас обоих. – Хотела проведать друзей. Хоук заберет меня после отбоя.

Лукас бросает на меня взгляд, проверяя, не против ли я, но я уже вскакиваю со стула.

– Конечно.

Мы задвигаем стулья, я дважды проверяю передние двери, бросаю взгляд на закрытое зеркало, прежде чем взять сумку и телефон. Мы выходим в переулок, я запираю заднюю дверь и обхожу машину со стороны пассажира.

– Можешь сесть впереди, – выпаливаю я Аро.

Но она откидывает переднее сиденье и забирается назад.

– Не, всё нормально.

Отлично. Мы с Лукасом будем выглядеть как парочка, сидя впереди вместе. И если она не намекнет на это Хоуку, то обязательно расскажет Дилан.

Я пристегиваюсь, Лукас поворачивает ключ и заводит мотор. Я избегаю его взгляда, но краем глаза вижу его руку, сжимающую рычаг переключения передач, когда он включает задний ход. Внизу живота сладко тянет.

Я медленно моргаю и отворачиваюсь к окну, пока он выезжает на улицу. Через несколько секунд мы уже на Хай–стрит, направляемся в Уэстон.

Я оставила дневник под ноутбуком на рабочем столе в кухне. Уверена, что всё будет в порядке, но стоило его забрать. Я ни капли не сомневаюсь в способности Хоука пробраться в пекарню, даже несмотря на то, что я сменила замки, и я не хочу, чтобы он конфисковал его раньше времени.

Я поднимаю глаза, наблюдая в боковое зеркало за деревьями, пролетающими мимо в темноте.

– Интересная татуировка, – говорит Лукас.

Я смотрю на него и вижу, что он разглядывает Аро в зеркале заднего вида.

– Твоя лучше, – усмехается она.

Фары отражаются в моем боковом зеркале, и я наблюдаю за машиной, которая находится далеко позади нас.

– Родилась и выросла в Уэстоне? – спрашивает он ее.

– Ага.

– В какой части?

– В дерьмовой.

Он издает тихий смешок; он либо впечатлен ее резкостью, либо его забавляет намек на то, что в Уэстоне есть «не дерьмовая» часть.

Я подправляю зеркало, чтобы избавиться от бликов фар, которые становятся всё ближе за нами.

– Люди болтают о золотых деньках, – задумчиво произносит Аро. – Огромное население. Пробки. Трибуны, забитые на футбольных матчах, ярко освещенные улицы с магазинами и толпами пешеходов. Но это кажется Атлантидой. – Ее голос смягчается. – Миф, в реальности которого мы не уверены.

Мы переезжаем мост, но Аро продолжает прежде, чем я успеваю достать монетку.

– Я никогда не видела этот город другим, – говорит она нам. – Город–призрак и рассадник для… приспособленцев.

Я не помню ничего хорошего об Уэстоне. Мы никогда не ездили сюда в рестораны или на соревнования.

– Не собираешься задавать мне вопросы? – подначивает она его. – Например, сколько мне было лет, когда они меня завербовали? Или сколько денег я для них украла?

Я замечаю, что фар в моем боковом зеркале больше нет, и оглядываюсь.

Машина всё еще там.

На несколько корпусов позади, но она там.

Мое дыхание учащается.

– Или, – продолжает Аро, – сколько денег я могла бы заработать, если бы начала соглашаться на его предложения?

Мне требуется мгновение, чтобы понять, о чем говорит Аро. Грин–стрит? Банда, которой она принадлежит, и которой до сих пор принадлежит Фэрроу? Почему она говорит об этом с Лукасом?

Оторвав взгляд от машины в зеркале, я смотрю на него. Его загорелая челюсть напряжена, но он просто смотрит на дорогу перед собой.

– Дрю Ривз, – произносит Аро, и эти слова заполняют салон. – Ты ведь слышал о нем, верно?

Я наблюдаю за Лукасом, так как знаю, что спрашивает она не меня. Я слышала о Ривзе. Он был копом в Шелбурн–Фоллз, но уволился два года назад.

Аро продолжает:

– Интересно, это его идея – нанимать подростков, чтобы они воровали, торговали и калечили людей?

Я прищуриваюсь. Аро никогда не рассказывала мне о том, через что ей пришлось здесь пройти. Почему она делится этим сейчас?

– Это было умно, – говорит она нам. – Бросать несовершеннолетних на растерзание волкам вместо себя.

– Он обидел тебя? – спрашиваю я ее.

Она смотрит в зеркало заднего вида на Лукаса.

– Он хотел.

Мы подъезжаем к Нок–Хилл, и я замечаю побелевшие костяшки пальцев Лукаса, вцепившихся в руль, и его застывшие плечи. Что происходит?

Фрагменты начинают вставать на свои места, выводы становятся всё очевиднее. Его татуировка на спине. Все на моей вечеринке мгновенно её узнали. То, как Фэрроу просто оставил меня с ним, когда не было до конца ясно, согласна ли я на что–либо.

Дрю Ривз примерно того же возраста, что и Лукас, верно? Они знали друг друга?

Мы останавливаемся перед моим домом. Дом Фэрроу залит светом, как стадион, из него гремит музыка, а на крыльце стоят две женщины.

Я открываю дверь.

– Я сейчас вернусь.

Я хочу остаться и послушать дальше, но поговорю с Лукасом, когда она уйдет.

Я выхожу, оставив дверь открытой для Аро, и бегу по ступеням к себе.

– Спасибо, что подбросил. – Я едва слышу ее голос, тон стал каким–то настороженным. Она знает о нем что–то, чего не знаю я?

Я начинаю отпирать дверь, но когда оглядываюсь, она всё еще стоит у машины, а Лукас что–то говорит ей через крышу.

Что он говорит такого, чего не мог сказать в машине?