Читаем Тихони онлайн бесплатно
После того как разберусь с Хьюго и Дрю, я избавлюсь от пожарной части и сдамся властям.
Стаскивая грязную рубашку, я перехожу улицу и пересекаю владения Мэдока, проскальзывая в уличный душ, спрятанный за живой изгородью. Включив воду, я вытираю лицо рубашкой, чтобы смыть кровь. Рядом со мной возвышается безмолвный дом, и я уверен, что там есть пара сотрудников – по крайней мере, кейтеринг и бармен, – которые готовят все к приезду семьи, друзей и гонщиков Мэдока, Джареда и Джекса. Но мне все равно. Мэдок может вернуться в любой момент, и я не стану прятаться. Скорее всего, я даже не смогу скрыть свой гнев и отчаяние.
Чего хочет Дрю?
Могу себе представить. Свою работу обратно.
И тут меня осеняет, пока вода стекает по моей голове и спине. Он может попытаться заставить меня надавить на Мэдока, чтобы с него сняли обвинения и восстановили на работе. Наверное, поэтому Хьюго до сих пор меня не трогает, верно? Дрю не просто так вмешался и не подпускал его ко мне.
– Лукас, ты в порядке? – слышу я голос Куинн перед собой.
Мир перед глазами плывет, и я не понимаю, что чувствую, но это не смятение. И даже не страх.
Я откидываюсь назад, теплая вода накрывает меня с головой.
Я контролирую ситуацию, и Хьюго с Дрю не на одной стороне.
Чувствую ее руки на своем лице.
– Что с тобой случилось?
Думаю, она больше не злится. Открыв глаза, я прижимаюсь лбом к ее лбу и обхватываю ее за талию. Она застывает, ее руки опускаются по бокам, но она не отстраняется.
– Я знаю, что должен оставить тебя в покое, – говорю я, когда вода стекает по моему лицу. – Я знаю, что должен найти кого–то другого. Знаешь, почему не нахожу?
– Ты уходишь от темы, – возражает она. – Что с тобой случилось?
Я сжимаю челюсть, сглатывая, прежде чем сказать:
– Потому что я знаю, что когда вернусь на чью–то свадьбу или чьи–то похороны через пять или десять лет, я увижу тебя где–то в глубине комнаты с каким–то парнем, и буду чувствовать, что он касается кого–то, кто ему не принадлежит.
Даже сейчас я знаю. Я всегда буду чувствовать это между нами.
– Лукас… – хмурится Куинн.
Я провожу костяшками пальцев по ее щеке, а большим пальцем – по переносице.
– И буду знать это, даже если буду идти рука об руку с другой женщиной.
Куинн – моя.
– Перестань… – Она медленно качает головой.
– Не хочу, – прерываю я, эту правду так легко выплеснуть. – Не хочу прекращать. Поверь мне.
Я хотел бы поступить так, как будет лучше для неё, но при всех моих недостатках самым сильным кажется жадность. Я хочу её снова, и снова, и снова, и…
Я обхватываю ее попку обеими руками и прижимаю нас друг к другу, впиваясь в ее губы нежными, быстрыми покусываниями и поцелуями. Она такая нежная, ее кожа на вкус как персик. Она упирается руками мне в грудь, но все равно открывает рот. Она позволяет мне кусать, лизать и целовать себя, пока её глаза закрываются – так бывает, когда летишь на американских горках, и внутри всё замирает.
Боже, она прекрасна.
Видя, что она начинает отвечать на мои поцелуи, я расстегиваю ее маленькие красные шортики, просовываю руку внутрь и ввожу в нее палец.
Она вздрагивает, выгибая спину и вцепляясь в мои руки.
– О боже, – стонет она. – Только не здесь. Что ты делаешь?
Я ввожу второй палец, двигая ими внутри, и смотрю в её огромные глаза. Мокрыми пальцами я ласкаю её клитор.
– Вытравливаю тебя из своего организма, – едва не задыхаясь, выдавливаю я. – Хочешь вытравить меня из своего?
Её глаза сужаются от гнева, она скалится.
И кивает.
– Блять… – рычу я, подхватывая её и разворачивая, чтобы прижать к стене душа. Тонкие полоски света пробиваются сквозь деревянные панели, и я ногой захлопываю дверь. Слышно, как над головой чирикают и хлопают крыльями птицы, а душевая лейка над ней разбрызгивает воду между нами.
Я ласкаю её язык своим, стягиваю майку с её плеч, обнажая грудь, сбрасываю шорты и трусики к её ногам.
Глядя ей в лицо, я нежно поглаживаю ее клитор, чувствуя, как она сгибает колено, чтобы немного раздвинуть ноги.
Снова проникая в нее двумя пальцами, я едва сдерживаю дрожь от ощущения ее тугой плоти. Она туже, чем моя гребаная рука. Боже.
Она всхлипывает, отворачивая голову, а я рычу ей в ухо:
– Я не хочу останавливаться, и ты тоже не хочешь.
Я снова и снова двигаю пальцами, нежно подстегивая её, заставляя глаза закатываться, а веки – трепетать.
Взяв ее руку, я направляю ее к ее киске и смотрю, как она начинает ласкать себя. Отступив на шаг, я наслаждаюсь открывшимся передо мной зрелищем: Куинн в майке, лямки которой сползли с плеч, одной рукой открывает свою киску, а другой ласкает ее. Её грудь вздымается от частого дыхания, мокрые волосы лезут в глаза. Она мастурбирует, не сводя с меня взгляд.
Мой член набухает, наливаясь кровью, и мне почти плевать, что у меня нет с собой презерватива.
