Читаем Обычай страны онлайн бесплатно
Социальные навыки Моффата вряд ли могли порадовать дам: он ярче блистал бы в кругу знакомств Питера Ван Дегена, нежели его жены. Но ни Клэр, ни миссис Фэйрфорд и не ожидали встретить обычного человека, и шумная раскованность Моффата, очевидно, беспокоила их меньше, чем хозяйку дома. Ундина остро чувствовала его грубость и молчаливую критику его поведения со стороны таких мужчин, как ее муж и мистер Боуэн, которая выражалась одним лишь их присутствием; но миссис Фэйрфорд, кажется, нравилось провоцировать его на все новые и новые взрывы жаргона и преувеличений. Постепенно она вывела его на разговор о компании Дрисколла, и он стал безрассудно откровенен. Казалось, его ничто не сдерживало: все подробности невероятного подвига изверглись из него с гомерической громкостью. Затем он резко замолчал, сунул руки в карманы брюк и сложил алые губы, присвистывая. Встретившись взглядом с Ундиной, свистеть перестал. Чтобы скрыть смущение, он откинулся на спинку стула, самодовольно оглядел стол и, когда слуга подошел наполнить бокал шампанским, заявил:
– Пожалуй, выпью.
Мужчины провели много времени за сигарами, но Ундина вскоре позвала Чарльза Боуэна в гостиную, чтобы разрешить некий спор между Клэр и миссис Фэйрфорд, и тем самым дала Моффату возможность остаться наедине с Ральфом. Теперь, после ухода гостей, она горела от нетерпения узнать, что произошло между ними; однако когда Ральф вышел к ней в гостиную, она по-прежнему не сводила взгляда с огня и нервно вертела в руках веер.
– Интереснейший тип, – повторил Ральф, глядя на нее. – Где вы с ним познакомились? В Апексе?
Прислонившись к камину, он закурил. Ундина вдруг заметила, что он выглядит менее изможденным и безжизненным, чем обычно, и окончательно уверилась в том, что во время подстроенного ею разговора мужчин наедине произошло что-то очень важное.
Она задумчиво развернула и сложила веер.
– Да, много лет назад… Отец вел с ним какие-то дела и однажды пригласил его на ужин.
– И с тех пор вы не встречались?
Она помедлила, словно пытаясь вспомнить.
– Наверное, встречались, но все это было так давно, – со вздохом сказала она.
В последнее время она стала часто обращать печальный взгляд к счастливым девичьим годам, но Ральф как будто не понял намека.
– Знаешь, – воскликнул он наконец, – по-моему, этот тип еще не проиграл.
Она быстро подняла глаза.
– Правда?
– Да. И Боуэн тоже так думает. Моффат производит впечатление человека, который действует медленно, которому нужен большой простор и который, возможно, совершит немало ошибок, но в конце концов своего добьется. Боже, хотел бы я написать про него! В нем есть нечто эпическое – какая-то грандиозная наглость.
Ундина слушала, и сердце ее билось все быстрее. Разве не так Моффат всегда говорил о себе – ему нужно лишь время и пространство? Как странно, что Ральф, казавшийся таким мечтательным и рассеянным, сразу же это распознал! Но ей хотелось знать, к какому практическому результату привела их встреча.
– О чем вы говорили в курительной?
– Ах, он снова завел разговор о битве с Дрисколлом. Сообщил нам потрясающие подробности. Этот человек – совершеннейший дикарь, но делает очень точные искрометные замечания. А после того как Боуэн ушел к вам, он рассказал мне о своей новой сделке. Она довольно многообещающая и такого же титанического размаха. Между прочим, мы, возможно, сможем как-то ему помочь: частью нужной ему недвижимости занимается наша контора.
Он замолчал, зная, что Ундина не интересуется делами, но ее лицо светилось любопытством.
– То есть вы, возможно, продадите ему недвижимость?
– Ну, если все получится. В таком случае мы получим большую комиссию. – Он не без иронии взглянул на нее. – Тебе бы это пришлось по душе, верно?
Она ответила с легким укором:
– Почему ты так говоришь? Я ни на что не жалуюсь.
– Нет-нет. Но я знаю, что разочаровал тебя как добытчик.
Она откинулась на спинку стула, закрыла глаза, всем своим видом выражая бесконечную усталость и равнодушие, и тут же почувствовала, что он склонился над ней.
– В чем дело? Тебе нехорошо?
– Просто немного устала. Ничего страшного. – Она отняла руку и разрыдалась.
Ральф встал на колени возле стула и обнял ее. Это был первый раз со дня рождения сына, когда он дотронулся до нее, и ее нежность на мгновение пробудила тепло в его крови.
– Что с тобой, дорогая? Что случилось?
Не поворачивая головы, она всхлипнула:
– Ты, кажется, считаешь меня ужасно эгоистичной и гадкой. Как будто я только притворяюсь больной.
– Ну что ты, нет! – заверил он, гладя ее по волосам.
