Читаем Обычай страны онлайн бесплатно
Никогда еще она не была так откровенна. На мгновение все мысли о собственных интересах отступили, и она вновь, как в тот день, ощутила инстинктивное стремление слиться с ним воедино. Наверное, голос выдал ее, поскольку она увидела, как в его лице что-то переменилось.
– Ты уже не такая красотка, как тогда, – зачем-то сказал он, – но теперь ты намного интереснее.
Эта странная похвала вызвала в ней смесь удовольствия и раздражения. Она рассмеялась.
– Наверное, я ужасно изменилась…
– С тобой все в порядке!.. Но я должен вернуться домой. – Он вдруг осекся. – Я и так слишком долго откладывал.
Она побледнела и отвела взгляд. От внезапного разочарования ее охватило чувство беспомощности.
– Я знала, что ты так скажешь… А я просто останусь здесь… – Она села на диван, возле которого они стояли, и с ресниц ее упали две слезинки.
Моффат сел рядом. Оба молчали. Никогда еще Ундина не видела его растерянным. Она не пыталась придвинуться ближе или воспользоваться каким-либо из искусств убеждения, однако, не вставая, сказала:
– Я видела, как ты посмотрел на часы, когда я вошла. Наверное, тебя кто-то ждет.
– Не важно.
– Другая женщина?
– Не важно.
– Я так часто гадала… Но у меня, конечно, нет права спрашивать. – Она медленно встала, поняв, что он намерен дать ей уйти. – Скажи мне только вот что: ты когда-нибудь скучал по мне?
– О, чертовски! – с неожиданной горечью выпалил он.
Она подошла ближе, понизив голос до чуть слышного шепота:
– Это был единственный раз, когда я действительно чувствовала – по-настоящему!
Он тоже поднялся, и теперь они стояли, внимательно глядя друг на друга. Неподвижное лицо Моффата казалось очень серьезным, каким было в те часы, которые она сейчас проживала заново.
– Я тебе верю, – сказал он.
– О, Элмер, если бы я знала… Если бы я только знала!
Он не ответил, и она отвернулась, бессознательно прикоснувшись к краю лазуритовой чаши, возвышавшейся среди бумаг.
– Элмер, раз ты все равно уезжаешь, можешь сказать мне: у тебя кто-нибудь есть?
Он рассмеялся, и эта встряска словно освободила его.
– В этом смысле? Господи, нет! Я слишком занят!
Она вновь приблизилась и положила руку ему на плечо.
– Тогда почему бы не… почему бы нам не… – Она запрокинула голову, глядя на него из-под влажных ресниц. – Я могу поступать, как сочту нужным. Муж так и делает. Они тут совершенно иначе воспринимают брак: это всего лишь деловое соглашение. Никому нет дела, лишь бы женщина не выставляла себя на посмешище. – Она подняла свободную руку и обняла его, заставляя смотреть на нее. – Несмотря ни на что, я всегда чувствовала, что принадлежу тебе.
Моффат позволил ей держать его за плечи, но не накрыл ее руки своими. На мгновение ей показалось, что она в нем ошиблась, и ее придавила тяжесть стыда. Затем он спросил:
– Говоришь, у твоего мужа есть другие женщины?
В памяти ее вспыхнуло насмешливое замечание Лили Эстрадины, и она ухватилась за него.
– Мне дали понять, что да, – даже его родные говорили мне об этом. Я бы не опустилась до того, чтобы шпионить за ним…
– А женщины в ваших кругах… Полагаю, само собой разумеется, поступают так же?
Ундина засмеялась.
– Их все устраивает, как и мужей, да? Никто не лезет не в свое дело и не мешает, если знаешь, как вести дела?
– Да, никто… Это довольно просто…
Она замолчала. Легкая улыбка сошла с ее лица, когда он отстранился и ее руки упали с его плеч.
– Значит, вот что ты мне предлагаешь? Чтобы мы с тобой поступали, как все остальные?
Его лицо утратило комичную округлость, помрачнело, приобрело резкое выражение, как в тот день, когда отец увез ее от него из Опейка. Он развернулся, прошелся по комнате и замер спиной к ней у окна. С минуту он молчал, сунув руки в карманы и глядя на нескончаемые потоки автомобилей в сияющей оправе площади. Затем повернулся и, не сходя с места, заговорил:
