Читаем Богун онлайн бесплатно
Так произошел ли в коронном лагере бунт коронных хоругвей? В свете скудных польских сообщений, собранных Длуголенцким, почти несомненно, что непосредственно перед началом битвы большая часть польской конницы отказала гетману в повиновении и покинула лагерь, основав собственный табор на лугу, перед лагерем коронных войск. Возможно, в ходе боев с татарами 2 июня взбунтовавшиеся солдаты покинули лагерь, после чего начали бежать, чтобы прорваться через окружавшее лагерь кольцо казаков и татар. До сих пор неизвестно, кто на самом деле стоял за этим бунтом, участвовало ли в нем большинство офицеров коронных войск или же его поддержали лишь немногие. В «Анналах» Станислава Темберского сохранились имена предводителей взбунтовавшихся хоругвей — это были, следовательно, Людвик Незабытовский, Ежи Баллабан, Северин Калинский и Николай Коссаковский, а не Пшиемский, Собеский и Одрживольский. Однако уже сообщение Длужевского полностью этому противоречит, так как его автор утверждает, что упомянутые ротмистры до самого конца находились при гетмане. Мы, следовательно, не в состоянии утверждать, кто на самом деле принял участие в бунте.
В свете исторических источников также несомненно, что на второй день битвы в лагере произошел бой между отрядами польской конницы и немецкой пехотой. Ибо когда начался бунт большинства отрядов польской конницы народового авторамента (гусарских и панцерных хоругвей), Мартин Калиновский вывел из лагеря иноземную пехоту и приказал ей открыть огонь по польским войскам. Гетман также укрылся в рядах иноземцев, опасаясь, что его просто изрубят собственные солдаты. Возможно, тогда и произошли регулярные бои между пехотой и конницей, после чего последовала атака казаков и татар, закончившаяся взятием ими лагеря. Известно также, что по неизвестным причинам Калиновский покинул командный пункт на восточной стороне лагеря; возможно, он не командовал во время битвы, а последними командующими этого участка были Собеский и Одрживольский, в то время как западную сторону защищал Пшиемский с пехотой иноземного авторамента. Лагерь еще можно было бы оборонять, если бы в нем не вспыхнул пожар, отгородивший пехоту от конницы. В таких условиях оборона лагеря длилась недолго, хотя, по некоторым сообщениям, пехота Пшиемского защищалась до утра следующего дня.
Заключили ли конфедерированные хоругви соглашение с казаками перед битвой под Батогом?
Опять же, ни один из исторических источников не упоминает о каких-либо контактах с запорожцами. Это кажется скорее невозможным, хотя существуют косвенные улики, указывающие на то, что под Батогом произошло нечто странное. А именно, в польском лагере было оставлено место для… казацкого гуманского полка, который должен был сражаться с Хмельницким бок о бок с поляками! Дело кажется просто невероятным, однако подтверждается в многочисленных источниках. Об участии в битве полка упоминает «Краткая летопись о войнах поляков с казаками», Веспазиан Коховский в «Истории правления Яна Казимира», а также… Марек Собеский в письме от 30 мая, в котором он сообщает, что гуманский полк предал и продался казакам. К сожалению, тайну этого странного события унесли с собой в могилу герои и жертвы битвы под Батогом.
Действительно ли в 1652 году мог произойти раскол и бунт части казацких полковников, завершившийся подписанием соглашения с Речью Посполитой?
Трудно дать на это однозначный ответ. На рубеже 1651 и 1652 годов на Украине вспыхнуло несколько бунтов против Хмельницкого. Одним из бунтовщиков был Богун; он даже уговаривал татар оказать ему помощь против Хмельницкого, который, в свою очередь, обратился за помощью к… Мартину Калиновскому и находившимся на Украине польским хоругвям. В январе же казацкий гетман послал в Москву посольство полтавского полковника Ивана Искры с вопросом, окажет ли царь ему помощь в борьбе с Речью Посполитой. Между тем, в Кремле уже был готов план захвата Украины и принуждения казаков к согласию на унию с Москвой; он, однако, не был приведен в исполнение, так как Берестечко научило царя осторожности. Тем не менее, действия Хмельницкого могли не нравиться Богуну, который не был сторонником подчинения Украины Кремлю. Дискуссионным является вопрос, был ли бы он в состоянии принять компромисс с Речью Посполитой, так как до сих пор кальницкий полковник был известен скорее как сторонник независимой Украины. Однако у нас есть очередные косвенные улики, на этот раз из 1654 года, свидетельствующие о том, что Богун отнесся враждебно к Переяславской унии, подчинявшей казачество царю. Полковник, говорят, рассматривал тогда возможность перехода на польскую сторону, так как из двух зол предпочитал Речь Посполитую, а не Москву.
