Читаем Astrid онлайн бесплатно
— За несколько часов до вторжения, когда роты были построены в укрытиях и зачитан приказ Гитлера. Уже с первых слов обращения «Солдаты Восточного фронта!» стало ясно — это война с Советским Союзом.
— Я помню тот ужасный день, — сказала Астрид. — Мы были на левом берегу Дона, на пляже. Я и Олечка поспешили домой. Павел — на службу…
— Давайте вернемся к делу, Астрид. Надо попробовать разгадать эти кодовые названия воинских частей. Не может ли их знать Урбан?
— Нет. Он не знает.
— Тогда у Неймана наверняка должен быть список.
— Когда я приношу ему на подпись ордера, куда нужно вписать эти условные наименования, он просит ордера оставить на столе. При мне он их не заполняет.
— Попробуйте как-нибудь прийти к нему с ордерами и придумайте какой-нибудь предлог, чтобы он вышел из кабинета. Телефонный звонок. Или еще что-нибудь в этом роде.
Нейман вскоре пожаловался, что у него плохо работает телефон. Ларсон предложила поменять аппарат. Телефон сняли, а новый еще не поставили. В приемной раздался телефонный звонок. Астрид взяла бумаги и вошла в кабинет Неймана.
— Господин майор, я принесла бумаги на подпись. Вас просит подойти к телефону комендант.
Нейман вышел. Ларсон потихоньку открыла верхний ящик письменного стола. В ящике лежал код. «Уфер» — В/Ч 56742. «Биркен» — В/Ч 26784…
Ларсон задвинула ящик.
Выбрав время, когда Нейман ушел на обед, Ларсон сказала Крюгеру:
— Я где-то оставила сумочку, наверное, в кабинете.
Она встала и вошла в комнату Неймана. Прикрыла за собой дверь. Выдвинула ящик стола. Кода не было. Значит, уходя, Нейман прятал код в сейф.
В сейфе лежала печать. Случалось, майор давал ей ключ от сейфа и просил достать оттуда печать. Она открывала сейф, брала печать.
— Поставьте вот здесь и здесь, — говорил Нейман. Она ставила печать. Клала ее в сейф, запирала его и отдавала ключ Нейману.
Все это она рассказала Кёле. Через несколько дней он принес ей восковку. Ларсон должна была сделать отпечаток ключа.
Все сошло благополучно. Ключ был изготовлен. Доступ к списку с кодовыми наименованиями открыт. Как только она их переписала, Кёле запретил ей пользоваться ключом.
— В нашем деле, как и во всяком другом, может сгубить жадность. У вас немалые возможности легальным путем получать ценные сведения. Когда же мы узнаем, что в сейфе действительно хранятся какие-то новые важные документы, которые нельзя добыть другим способом, мы снова рискнем.
Доктор Хофер прописал ей хвойные ванны и душ Шарко.
Водолечебница Гордона, основанная еще до революции, пользовалась известностью. Это было старинное здание довольно оригинальной архитектурной постройки, хорошо оборудованное внутри.
В водолечебнице Ларсон встречала многих директоров промышленных предприятий города. Бывали там и немецкие офицеры. Приезжал генерал Рекнагель. Ларсон обратила внимание на то, что сотрудников русской полиции в водолечебнице она не встречала. «Это не удивительно, — сказал ей Кёле, — с русской полицией СД и гестапо работают открыто».
Однажды Астрид оказалась в приемной с директором кожевенного завода Кузнецовым. Прежде он не раз обращался к ней с различными просьбами. Словом, это был человек, которого она могла считать «добрым знакомым».
Кузнецов жаловался на рабочих, которые воруют кожу и обменивают ее на продукты на черном рынке. Конечно, он всячески пресекает воровство, но пойманных не передает полиции, иначе не с кем будет работать. Ведь специалистов-кожевенников не так много. Приходится применять другие меры наказания: он заставляет их работать сверхурочно.
— Немцы вас контролируют? — спросила Ларсон.
— Мы получаем сырье. Сколько из этого количества сырья получится кожи, им известно. Я должен выдать им это количество. Иначе с меня самого сдерут кожу, — неудачно пошутил Кузнецов. — Кроме того, на заводе постоянно присутствует советник Боле, представляющий кожевенное государственное объединение. Он присматривает за всеми, в том числе и за мной.
— А вы сами специалист-кожевенник?
— Нет. Я — инженер-механик.
— Но у вас есть люди на заводе, на которых вы можете положиться?
— Конечно. Иначе работать было бы невозможно.
— Это ваши доверенные лица? — Астрид в прямом смысле употребила это слово, но Кузнецов понял ее по-своему.
— «Доверенное лицо» — это я. — Тут Кузнецов спохватился и замолчал.
— Продолжайте, Сергей Петрович. Вы должны понимать, что если я — здесь, то я тоже — «доверенное лицо». Только у нас разные шефы, — как бы все зная о Кузнецове, продолжала Ларсон.
