Читаем Astrid онлайн бесплатно
«Я очень хорошо понимаю Вас, — писал бывший редактор газеты. — Прошло много, очень много лет, но память войны будет жить в нас до самой смерти. История, которую Вы мне поведали, очень меня взволновала. Но мы ведь ничего не знали тогда о
Я послал корреспондента-организатора младшего политрука Мишина с заданием под Ростов. Самолет, на котором Мишин возвращался в редакцию, потерпел аварию. Экипаж и Мишин — все погибли. Среди вещей Мишина нашли несколько фотопленок. Мы решили, что они трофейные, что их отобрали у немецких солдат, которые попали к нам в плен. Решили так потому, что снимки на них явно были сделаны за линией фронта — следовательно, немцами.
Снимок, который Вы мне прислали и который мы в свое время отобрали для номера, был очень впечатляющий… Я надеюсь, Вы поймете меня… Если бы мы, конечно, знали…»
Вот как оно было…
Я переслал это письмо со своими приписками Юле. И вдруг получил от нее книгу — Юлиус Мадер, «Сокровища черного ордена». Я знал этого замечательного немецкого публициста, который живет в ГДР. В этой книге Юлиус Мадер называл фамилии военных преступников, преспокойно живущих сегодня в Западной Германии.
«Открой страницу 256», — писала Юля.
Я раскрыл книгу на этой странице. На ней жирной чертой было подчеркнуто… Готтш! «Однофамилец?.. Неужели тот самый!» В книге рассказывалось о том, как гитлеровцы делали фальшивые деньги — доллары, фунты стерлингов. Потом забрасывали эти фальшивки в Англию, надеясь таким образом расстроить, подорвать экономическую систему, вызвать девальвацию. Для этой цели гитлеровцы привлекали заключенных — художников и уголовников-фальшивомонетчиков, которые находились у них в лагерях. Всех этих людей потом уничтожили. Среди причастных к этому грязному делу был и некий Готтш. Оберштурмбанфюрер. Это довольно высокий чин в эсэсовской иерархии. А тот Готтш, что был в Таганроге, имел сравнительно небольшой чин. Но ведь за четыре года он мог выслужиться.
Я написал Юле свои соображения, и она примчалась в Ростов.
— Ты должен с ним встретиться!
— С кем?
— Ну, конечно, с этим немцем! Ты должен удостовериться, тот ли это Готтш.
— Ты говоришь так, будто это просто сделать. Допустим, я удостоверюсь. А что дальше?
— Как ты не понимаешь?! Если это он, мы обратимся в соответствующие органы, мы потребуем, чтобы его судили…
— Если его до сих пор не тронули, то почему ты решила, что теперь тронут?
— Может, у них не было доказательств, а мы их представим — фотографии.
В Юлиных словах был резон. Надо попробовать.
— Но согласится ли он встретиться? К тому же, ему ничего не стоит сказать, что он совсем другой Готтш.
— А ты возьми с собой фотографию. Вот эту… с девушкой. Здесь он очень хорошо виден.
— Но ведь прошло столько лет. Он, наверное, очень изменился. Как и все мы…
— Ты покажи ему эту фотографию и по его реакции поймешь, он это или нет. — Юля была, как всегда, настойчивой.
Я стал хлопотать о поездке в ФРГ. В конце концов мне удалось добиться, чтобы меня включили в дискуссионную молодежную группу, которая ехала в Западную Германию по линии «Спутника».
Маршрут наш был окончательно согласован, когда мы уже приехали в ФРГ. На маленькой пограничной станции Хельмштадт наш гид Ганс Хепе назвал города, где нас ждали встречи с представителями молодежных организаций Западной Германии. В числе этих городов не оказалось Кельна, где жил Готтш.
Но на третий день нашего пребывания в ФРГ Ганс Хепе предложил мне выступить с интервью по западногерманскому радио. Радиостанция находилась в Кельне. Этот шанс я упустить не мог. Я рассказал обо всем руководителю нашей группы, работнику ЦК комсомола.
— Я тебя одного не отпущу к этому… Готтшу. Фашист! От него всего можно ожидать!
— Костя, брось пороть глупости! Что он, убьет меня, что ли?.. Скорее я его убью, — пытался я неудачно пошутить.
— А что? Не сдержишься… Убьешь не убьешь, а дашь по физиономии, а это дипломатический скандал…
— Перестань, пожалуйста… Иначе я жить после этого спокойно не смогу…
Словом, мы договорились. Наутро из Эссена электричкой я выехал в Кельн. Переводчик был мне не нужен, я достаточно хорошо владел немецким.
