Читаем Astrid онлайн бесплатно

— Это неудивительно. Младшекурсники обычно обращают внимание на старшекурсников и запоминают их. Я тоже помню многих, кто был курсом постарше, но из младших курсов — никого.

— Значит, у нас с вами сравнительно небольшая разница в летах?

— Да. Всего шесть лет. Вы удивлены? Я знаю, что выгляжу старше. Но, наверное, многое зависит от того, как человек прожил жизнь.

— Вы так хорошо осведомлены обо мне, — удивилась Ларсон.

— Это естественно. Я теперь ваш шеф. А шеф обязан знать о своей подчиненной как можно больше. Руководство прикомандировало меня к вам. Я должен заняться вашим «воспитанием». — Кёле первый раз за время их знакомства улыбнулся: — Речь идет о том, чтобы немного подучить вас агентурной работе, прежде чем мы расстанемся.

— Я очень рада этому! — воскликнула Астрид. — Вы не представляете себе, как я первое время страдала от одиночества.

— А Урбан? — спросил Кёле.

— Что — Урбан? Я уже немного рассказывала вам о нем. По-моему, это очень порядочный и честный человек.

— Возможно, возможно, — задумчиво проговорил Кёле. — При наших встречах вы будете рассказывать мне во всех подробностях о ваших разговорах, ну и обо всем.

— Разве я не вольна в своей личной жизни? — сказав это, Астрид невольно покраснела.

— Как вам сказать? У нас такая работа, что мы полностью не принадлежим себе. Вы влюблены в Урбана? — прямо спросил Кёле.

— Я не знаю, — растерянно проговорила Астрид. — Но он мне близок своими мыслями, чувствами.

— Я прошу вас только об одном, Астрид, не торопитесь. Присмотритесь к Урбану еще.

— Рано или поздно он узнает о наших встречах, что я могу сказать ему о вас?

— Скажите то, что я вам уже сказал. Нас вскормила одна альма-матер. Нам есть что вспомнить. Кроме того, нам есть о чем поговорить еще на одну тему. Я родился в Мариуполе и до семнадцати лет прожил в России.

— Вы русский? — спросила Астрид.

— Вопросов задавать мне не полагается. Это первое правило в нашей работе. Все, что надо, я скажу вам сам. Не обижайтесь: я — строгий учитель. И еще должен предупредить вас, что у меня появляется иногда скверная привычка иронизировать над младшими.

— Вы имеете в виду то, что я ваша подчиненная? — спросила Астрид.

— Нет, прежде всего возраст.

— Но вы же сами сказали, что разница у нас невелика.

— Разница невелика, но в душе я — старик. Знаете, есть такие папаши-ворчуны. Вот я принадлежу к их категории. Так вот, я родился в России. Моя мать — русская. Отец — немец. К началу революции он был в чине полковника. В восемнадцатом году мы уехали в Германию. Отец вскоре умер. Он был значительно старше матери. Мать на те небольшие сбережения, которые у нас были, купила небольшой пансионат в Кюлюнгсборне. Вот почему я оказался в ближайшем от Кюлюнгсборна университете — Ростокском. Все эти факты моей биографии хорошо известны гестапо. И они соответствуют действительности. Так что вы все это можете смело говорить своим друзьям, Матиасу, например.

— Да, у вас занятная биография, — проговорила Астрид.

— У вас она тоже не ординарная, — заметил Кёле. — Зовут меня Петер.

— В детстве вас, наверное, звали Петей?

— Вы угадали.

— И что же вас заставило стать?..

— Тем, кто я есть? — перебил Кёле. — Это долгая история. Что вам еще надо знать обо мне? Семья наша до революции была, конечно, обеспеченной. Потом — Германия. Бедный студент. Бедный адвокат. Но дело, конечно, не в бедности. Сам испытав бедность, я брался защищать неимущих. Зачастую зная, что никакого гонорара не получу. Мои клиенты, как правило, были невиновны, но я не выиграл почти ни одного дела. Тогда я решил покончить с адвокатской работой. Был шофером, кельнером. Одно время подвизался на журналистском поприще. В это время много читал разной литературы по социальным вопросам. В тридцать третьем году я вступил в НСДАП. В тридцать седьмом поехал воевать в Испанию.

— Вы воевали на стороне Франко?

— Ну, не на стороне же республиканцев…

— Вы разыгрываете меня?

— Нисколько. Это всё факты. Только факты моей биографии. Вам не надо выдумывать, о чем мы с вами разговариваем при встречах. Я даю вам материал, если нашими встречами, кроме Урбана, поинтересуется Дойблер или Оберлендер. Больше других опасайтесь Оберлендера. Это опытная абверовская ищейка. Он, кстати, интересовался, не оставили ли вы кому-либо из соседей в Ростове записку.

— Этого не может быть!

— Почему же? Это тоже факт. Он выдал себя за родственника вашего мужа и расспрашивал соседей…

— Но он не знает русского языка.

— Он знает его не хуже, чем мы с вами. Остерегайтесь его.

— А Дойблер? — спросила Астрид.

— Дойблер — молодой самонадеянный цепной пес. Конечно, он тоже опасен. Но у него мало опыта.

— Вы знаете, Кёле, во время новогоднего бала, когда я танцевала с ним, он мне сказал: «Не притворяйся дурочкой. Я знаю твой номер!» Я вся обомлела. Стала допытываться, что это значит? Алкоголь развязал ему язык, и он сказал о «Самопомощи». Тогда я немного успокоилась.

— В «Самопомощи» каждое «доверенное лицо» имело свой номер. Очевидно, и вам был присвоен какой-то номер. Разве вам об этом не сказали те, кто готовил вас?