Читаем Ловкач онлайн бесплатно

Я, оказывается, сделал ещё несколько шагов к краю бездны, которая — как и положено в Астрале — вдруг оказалась совсем рядом.

— Дядя, остановись!..

Я встряхнулся, сбрасывая морок. Положил ладонь на плечо Савве.

— Правильно боишься, малец. Тут не сила ждёт, тут ловушка. Нам пока рано.

И мы оба отступили — от трещины, от застывшего каменного призрака, от собственного соблазна.

— Нет, милок, на этот крючок не поймаешь, — я показал фигу неведомому ловцу.

Уж слишком легко можно было бы поддаться. Решить, что вбирать в себя силу можно бесконечно и невозбранно.

Мы отходили, отдалялись от разлома, а я не мог не думать — кто же меня сюда направил? Я сам? Выходит, тот я знал, что здесь существует такой вот разлом? Вполне возможно. Но что дальше? В одиночку с этим разломом с его прорвой силы и круговертью цветов я ничего не сделаю. Так для чего же я здесь? Чтобы найти эту раскрывшуюся бездну? Чтобы… воспользоваться ею? Или всё-таки закрыть? Но как?..

Нет, здесь мне этого всё равно не решить. Надо возвращаться.

Я похлопал Савву по плечу:

— Пора домой.

Он взглянул на меня с облегчением, хотя и всё ещё косился на переливы разлома.

— А с этим что будет? — спросил он вполголоса, словно боялся, что бездна услышит.

— Кто-то должен закрыть. Или хотя бы удержать. Но это — не наше дело. Пока не наше, — ответил я.

Мы уже готовились шагнуть прочь, туда, где дорожки вели к выходу, к самой границе тонкого мира. Но слова спиральной надписи всплыли перед глазами сами, будто сплелись из огоньков и искр: «Главное: не оставляй Завязи без кода».

Я сжал зубы. Верно. Завязь… всегда ядро Узла. То, с чего он начинается. Завязь задаёт структуру. Если оставить Завязь пустой, без кода — Узел рвётся, и тогда появляется вот такое, как этот разлом. А чтобы его закрыть, затянуть, восстановить порядок Верхнего Астрала, нужны усилия десятков (а может, и сотен) менталистов.

Потому что в таком разломе могут обитать не только исполинские змеи, которым нет дела до посторонних, лишь бы их не трогали.

Выходит, кто-то уже учинил это — кое-как, не умея и не понимая, заложил Завязь, но так и не понял, как с ней обращаться. И теперь…

Но разбираться будет потом. Сейчас — назад, в Петербург. У меня там свои узлы, куда важнее любых астральных.

— Дядь Ловкач… а мы когда вернёмся — мы куда вернёмся? Прямо домой, да? И мы так из любой ловушки уходить сможем? — щёки Саввы раскраснелись.

Я хмыкнул.

— Нет, Сапожок, так не выйдет. Вернёмся мы туда же, откуда вышли. В то же книгохранилище.

— Так ведь там же стража! — глаза его округлились.

Словно он хотел сказать: так зачем же прыгали сюда, если сейчас так и сяк попадём им в лапы?

— Стража, — кивнул я. — Только на любую стражу, приятель, у нас есть своя хитрость. Как на каждый замок отмычка у нас найдётся. Держись меня. Если что — уходи через вентиляцию. Или через коллектор, куда сможешь. Я их на себя возьму.

— А я?

— А тебя я потом найду, — закончил я с неколебимой уверенностью.

Мы сделали шаг.

Из Астрала мы вывалились, словно из хрустального царства света — в тёмное подземелье. Впрочем, на сей раз оно почти так и было. И первое, что я услыхал — было дружное «Ни с места!» разом несколькими голосами.

Мы с Саввой оказались в самой середине древлехранилища, сейчас ярко освещённого. Нас окружали со всех сторон. И отнюдь не жандармы с околоточными или городовыми — теми, что не гнушаются брать по пяти рублей в месяц с девушек лёгкого поведения, зарабатывающих на их участках.

Стража ждала. Настоящая стража. «Монахи» с их аппаратами за плечами, готовые выплеснуть алое парализующее нечто; их соратники, на вид сущие громилы — а я помнил, насколько нечувствительны они были к боли.

Они знали: деваться нам некуда.

Савва вцепился в мешок с книгами. Мешок дрожал, словно живой.

В единый миг я охватил всё взглядом — «монахи», громилы, четверо мрачного вида мужчин в форменных мундирах Охранного отделения, явно менталисты.

А впереди них застыл любезнейший Сергий Леонтьевич собственной персоной.

— Ловкач, — сказал Сергий ровно, без спешки. — Не надо делать глупостей. Отдай то, что забрал — и останешься жив. Не на свободе, понятное дело, но жив.

Он вскинул руку с перстнем. Зелёный камень мерцал в полной боевой готовности.

Приказов чинуша пока не отдавал, но медные трубы за спинами «монахов» дружно полыхнули алым.

Я ощутил давление на виски, сперва лёгкое, потом — будто кто-то стал зажимать мне горло невидимой рукой. Поле зрения сужалось, пальцы цепенели. Савва сжал мешок так, что побелели ладони.

Но и я был уже не то, что всего несколько дней назад. Силу дали разлом и книги — и я встретил парализующий удар своим собственным щитом, удерживая его, не давая потерять баланс и инициировать распад со взрывом всей библиотеки.

Я поднял руку — и весь зал разом застыл.