Читаем Ловкач онлайн бесплатно
Что ж, торопливость, как говорят в этом мире, хороша только при ловле блох. Сундучок оставлю здесь, в новом логове, благо и тайник подготовлен. Завязь умеет пульсировать, привлекать чужое внимание. Пусть пока дремлет в темноте.
А я — в люди.
На улицы, в городской шум, к Сапожку.
Надо начинать собирать свой клан.
А попутно — использовать всё, о чём проговорился Сергий Леонтьевич, человек с зелёным камнем. Все имена, намёки и загадки.
Группа «Детский хор».
Нестабилизированная рукопись, помеченная литерой «Ш».
Фибриллы низшей астральной спирали. Они же — «ворсовое загрязнение». Встречающееся, как сказано, в моргах и на кафедрах экспериментального богословия. Бездна бы побрала их идиотскую терминологию.
И, наконец, княгиня из рода Ланских, Ванда Герхардовна. Двадцать восемь лет. Волосы цвета старой меди, правый глаз чуть косит. Сергий Леонтьевич ведь не случайно так подробно её описал. Закладочка на тот случай, что я сбегу, а потом попытаюсь на неё выйти, где меня и попытаются взять тепленьким?.. Хрена с два у них что получится, сила моя до сих пор не вернулась, но я и так умнее и хитрее их всех, вместе взятых.
Спокойно, Ловкач. Они тебя потеряли — так бы давно уже колотились в дверь. Выдохни. Ты давно ничего не ел, но тебе и не надо — пока. Сиди. Приходи в себя…
И думай, что ты сделаешь со всеми этими княгинями, «детскими хорами» и прочим.
…Теперь я никуда не торопился. Сидел у горячей печи, дожидаясь, пока прогорят дрова. Сундучок уже в тайнике под полом. Мастер делал, кстати. Не поскупился прежний Ловкач…
Не поскупился, а всё равно провалился.
За его след зацепились ищейки Сергия Леонтьевича. Ловок ты был, Ловкач, да недостаточно. Готовили тебя, готовили, а всё равно — попался. Так на чём же тебя взяли?..
Я вспоминал первые мгновения в этом мире и в этом теле. Погоню через питерские дворы-колодцы, подвалы и чердаки, преследователей, а потом —
«Фибриллы низшей астральной спирали».
Ну конечно!.. Тебя пометили, Ловкач, а ты даже ничего не понял. Ясно, что чиновник Сергий проверял, пойму я или нет.
Не сомневайтесь, Сергий Леонтьевич, я всё понял.
Я поспешно сбросил пиджак. Повёл ладонью над рукавом. «Низшая астральная спираль», надо ж такое придумать!.. Аккуратнее, помни о гончих, ровнее движения, задействуй кольцо —
И оно отозвалось, то самое «загрязнение». Небольшое совсем, затаившееся — метка. Где-то мой реципиент вляпался — скорее всего, возле Узла, там граница миров всегда слабеет. Вляпался — и его взяли на карандаш, как сказал бы он сам.
И сам не заметил, не по его это умению.
Невидимая простому глазу, метка ярко сияла, если глянуть на неё через крошечную астральную призму.
Вот оно что… Вот, значит, почему мне так не сразу удалось сбить погоню со следа!.. Ну ничего, справимся.
…Казалось бы, чего проще — смени одежду, и дело в шляпе; но астральные метки куда хитрее обычных чернильных пятен.
Я снял кольцо с пальца, металл холодил ладонь. Искра там всё ещё жила, и я аккуратно провёл золотистым ободком по грубоватой ткани.
Шипение, дым. Голубоватые струйки извиваются, словно черви в пламени. Экая пакость!..
Провёл ещё раз, медленно. Я выжигаю их, эти «фибриллы». Выжигаю осторожно и неспешно, стараясь не выдать своё местонахождение. Вот теперь ищите, господа хорошие!.. Нюхайте, гончих пускайте, монахов — ничего не вынюхаете.
Перевёл дух, снова надел пиджак.
Лето, июнь, печка жарит, словно в кузне — а мне по-прежнему холодно. И я не отрываю взгляда от пламени. В огне всегда что-то таится.
Пламя вдруг потянуло за собой память.
…Я снова видел тот город. Стёртые в пыль стены, рухнувшие башни из белого камня. И два тела на дороге. Два тела, через которые я перешагнул без колебаний — или мне тогда так казалось. Башни из белого камня рушились, расколотые барельефы с рунами пылали, словно сухая солома. Я застыл на самом верху настоящего холма, на целой горе из обломков, и казалось — победа моя. Моя! Только моя.
Я вскинул руку.
— Да здравствует…
И тут в тумане возникли они.
Фигуры, окутанные плащами, словно сотканными из дыма. Призрачные голоса — ни мужские, ни женские, что зазвучали сразу и отовсюду, исполненные жгучей зависти:
— Это не ты взял город, Ловкач.
— Мы сделали всё. Ты лишь нанёс последний удар.
— Тебе просто повезло.
Я сжал кулаки.
Ложь. Без меня они бы и шага не сделали. А сейчас что же — бунт⁈
Да, это были воины Лигуора. Сражавшиеся за то же, что и я — за прогресс, за движение, против вечной недвижности золотого застоя, за которым только конечная гибель всего. Мои… союзники? Нет! Подручные! Подчинённые! Мои… мои солдаты!
— Приказы здесь отдаю я!
— В самом деле?
Тени медленно придвинулись.
— Я сильнее вас всех, — бросил я презрительно. — Не доходит это до вас, недоумки?
— Сильнее? Тогда почему тебе противостояло всего двое? Одна из которых — девчонка?
— Где остальные защитники? Кто снял их со стены, кто отвлёк, кто проломил щит?
— Ты пришёл на готовое.
— В самом деле? — усмехаюсь я. — Ну, попробуйте сами прийти на готовое. Я жду. Начинайте. Или сильны только обвинениями бросаться?
