Читаем Ловкач онлайн бесплатно
Я достал инструменты. Верные, как смерть, отмычки, что так и не забрал у меня милейший Сергий Леонтьевич (в отличие от чего-то ещё, что остатки памяти моей упрямо пытались поименовать «печатью»). Сперва — диски. Простой металл. Начертанные на нём сигилы должны блокировать усилия не шибко смекалистого взломщика сдвинуть их сразу в нужное положение. Именно здесь и начинается основная работа: сначала — слушать, потом — щупать. Не ломать астральную защиту, а хорошенько прощупать, подружиться и только потом обманывать.
Я послал слабый, едва ощутимый импульс. Сложные замки имеют защиту от сканирования, но мой сигнал искусно притворялся «хозяйским».
Пять дисков на общей оси. Предохранители. Я натянул тонкие шёлковые перчатки и взялся за поворотную ручку.
Сейчас символы, поддерживающие связь с эманациями Астрала, сами подсказывали мне правильную комбинацию. Право же, у того ювелира на Сампсониевском замки посложнее имелись…
Ампулу с краской я удерживал незримой перемычкой. Проволоку между кристаллами заставил вытягиваться, утончаться, но не разрываться.
Сигилы внутри замка отзывались. Я повёл рукой, не касаясь металла, чуть подтянул диск, почувствовал, как собачка села в паз. Первый есть.
Со вторым и остальными пришлось повозиться, дважды я менял импульсы прощупывания, когда защита замка — хотя мне так и хочется назвать ее оборонявшим его духом — начинала упрямиться и подозревать, что открывает запоры человек, не имеющий на то никакого права. Второй диск, третий, четвёртый… одни упирались, другие грозили вот-вот поднять тревогу — и так до самого последнего. Наконец, мягко встали в пазы последние выступы. Готово.
Я не спешил открывать. На задней стороне створки наверняка тоже поставлена «тревожка», натянутая нить; я глянул поглубже — так и оказалось. Пришлось бережно отсоединять, работая, словно хирург.
И, когда дверь, наконец, отворилась, и я протянул руку, будучи уверен, что не нарвусь ни на какой сюрприз — я понял, почему книги эти держали запертыми.
Первый попавшийся том выглядел безобидно: потрёпанный переплёт, крашеная кожа, неровная надпись: «Опыты тонкого мира». Но воздух вокруг него был холоден, и, стоило протянуть руку, пальцы начинало остро покалывать. Книжка словно предупреждала — печати мои ещё живы, не трогай меня, если не знаешь, как!
— Шальные вы, книжки, — пробормотал я тихо. — И правильно, что вас тут под замком держат.
Но кто-то всё равно ведь намерен их утащить. И если это сделаю не я — сделает другой.
А вот тут, пожалуй, я не готов был никому уступать.
Да, вот они, «нестабилизированные рукописи с литерой „Ш“». Том за томом, иные тщательно переплетённые, иные кое-как прошиты суровой ниткой. На корешках символ — два наложенных друг на друга треугольника, в иные вписан круг, иные вписаны в круг сами. Тоже какой-то код; кто-то, значит, разбирал всё это, и он обязан был обладать поистине огромной силой. Но не только — он должен был знать Астрал лучше, чем собственную пятерню. И всё сильнее тянуло холодком, словно из раскрытой двери склепа.
Я понимал, почему их заперли. Эти книги были не просто опасны — они жили своей собственной, абсолютно нечеловеческой жизнью. Неопытные менталисты, сваливая в кучу всё, что им удалось вынести из Астрала, создали… скажем, «нестабильности». Каждая книга, каждая из «чёрных тетрадей» тянула в свою сторону, каждая по-своему резонировала с тонким миром. Целый шкаф гудел, как рассогласованный орган. Неподготовленный человек, решившийся сюда залезть, рисковал лишиться рассудка — очень быстро и бесповоротно.
Что ж, понятно, почему тут нет особо мощных охранных печатей. Новички, угодившие сюда каким-нибудь чудом, тут и останутся. А знатоки… знатоки, похоже, сюда особо и не стремились.
Я встряхнулся, принялся за работу. Начал быстро и деловито — просматривал, отмечал то, что пригодится мне, а не Ванде. Списки у неё пусть будут свои, а у меня своя добыча. Княгиня перебьётся. Тем более, что настоящие ценности, скорее всего, запрятаны тут ещё глубже.
Лёгкий шорох из вентиляции. Ага! Сапожок!..
Решетку крепили лишь четыре винта по углам. Я отвернул их мгновенно, хотя они и приржавели. Появилась перемазанная физиономия Саввы; миг — и мальчишка мягко спрыгнул на пол.
— Молодец, — шепнул я ему на ухо.
Савва кивнул, ухмыляясь от уха до уха. Ну да — для него это восхитительное приключение, не более.
Впрочем, ухмылка с его лица тотчас и сбежала.
— Ой, дядя…
Он тоже почувствовал. Может, не так остро, как я, но ощутил. Из него получится настоящий менталист.
— Перчатки надевай — и за дело, — шёпотом приказал я. — Всё, как задумали.
Сапожок быстро кивнул.
Он действительно мастерски сортировал книги. Даже лучше, чем я рассчитывал. Я наугад перепроверил несколько им отобранных и отброшенных — отобрано написанное глубоко и о вещах действительно опасных; забракованы живописательные восторги неофитов, впервые угодивших в Астрал. Нет, из них тоже можно что-то извлечь, но это займёт слишком много времени.
Несколько томов я упаковал сам. Рано ещё мальчишке их касаться, даже и через перчатки.
