Читаем Мастер онлайн бесплатно
– Это как раз то, что нам нужно, – радостно сказала Келси, проходя вместе с хозяином по комнатам.
Зорайда, вопреки внутреннему сомнению, согласилась.
Она пожалела, что не сказала об этом сразу. Они прожили здесь уже месяц, и не было ни одной ночи, когда бы Зорайде удалось поспать больше четырех часов. Она никак не могла избавиться от ощущения, что за ними наблюдают. Келси, похоже, ничего не замечала. Келси мгновенно засыпала и уже через несколько минут начинала храпеть, отключаясь от всего мира до самого утра. А Зорайде было почти невозможно заснуть. Лишь после нескольких часов ворочаний измученное тело наконец уступало, позволяя ей погрузиться в легкий, чуткий сон.
Призраки.
Она хотела понять причину своих переживаний, но не могла. Ничего не видела и не слышала, лишь ощущала неясное беспокойство. Зорайда была уверена, что в квартире водятся призраки, но не знала, как и почему это могло быть. По четвергам, когда их графики не совпадали и Келси была на работе, а она оставалась одна дома, Зорайда бродила из комнаты в комнату, пытаясь выяснить, что не так и где именно скрывается проблема. Иногда она начинала со спальни в задней части квартиры, но чаще всего ее маршрут начинался с входной двери, когда она пыталась воссоздать свое первое впечатление о доме. Медленно проходя через переднюю комнату, мимо дивана и телевизора, она заходила в крошечную кухню с еще меньшим уголком для завтрака, затем снова возвращалась в переднюю комнату и заглядывала в узкий коридор. Она проверяла ванную, открывала занавеску в душе, чтобы убедиться, что за ней ничего нет, и осматривала комнату, которая служила их общим офисом. В конце концов Зорайда оказывалась в спальне, садилась на кровать и, оглядываясь вокруг, удивлялась, как что-то, казалось бы, обычное может выглядеть таким неправильным.
Единственный случай, когда что-то конкретное действительно произошло, был однажды в субботу во время обеда. Обе они были дома, сидели в своем крошечном уголке для завтрака и ели макароны с сыром.
– Как думаешь, время правда ускоряется? – спросила Келси.
Зорайда привыкала к причудам своей соседки. То, что раньше казалось ей странным вопросом, не имеющим отношения к делу, теперь воспринималось как обычная тема для беседы.
– Не уверена. А почему ты спрашиваешь?
– Я всегда слышала, что с возрастом все проходит быстрее, что детство будто длится дольше, чем взрослая жизнь. Но у меня вся жизнь пролетела очень быстро – никогда не было медленного периода. Для меня не было бесконечного лета – они все проносились быстро. Интересно, так ли это у других, у всех наших ровесников, и не похоже ли это на прежние поколения, у которых были более спокойные годы, потому что время, похоже, ускоряется.
В этот момент зазвонил телефон, Зорайда протянула руку и сняла трубку со стены.
– Алло?
Голос на другом конце линии звучал так, будто он доносился из старого патефона, с шипением и треском пластинки на фоне. В его словах ощущался тот же слабый жестяной тембр. «Я потерялась», – говорила женщина, и ее голос звучал жалобно даже на таком расстоянии.
– Я потерялась… я потерялась… я потерялась!
Зорайда быстро повесила трубку.
– Кто это был? – спросила Келси.
Зорайда вздрогнула.
– Не знаю.
Ее подруга нахмурилась.
– Что они сказали?
– Это была женщина. И она просто повторяла: «Я потерялась», таким жутким потусторонним голосом.
– Розыгрыш, – резюмировала Келси. – Не беспокойся об этом.
Зорайда не была уверена, что это действительно розыгрыш. Келси уже забыла о звонке, и она тоже попыталась отвлечься, но у нее плохо получалось. Воспоминания о том голосе не оставляли ее в течение дня, и, ложась спать, она была рада, что живет не одна, что Келси неподалеку.
Через два месяца после их переезда они посетили «Митинг разнообразия» в центре города, протестуя против того, как государственная политика освещается в местных и национальных СМИ, оставляя азиатов и латиноамериканцев за рамками почти всех дискуссий. Зорайда, филиппино-американка, устала от того, что не участвует в культурном разговоре, и считала, что давно пора, чтобы при обсуждении расовых вопросов, бедности, реформы образования или статистики преступности СМИ не ограничивались мнением только белых и афроамериканцев. Как бы невозможно это ни казалось десять лет назад, сегодня ее пол давал ей больше места за столом, чем ее этническая принадлежность. Одной из целей этого митинга было привлечь внимание ко всем живущим в Соединенных Штатах, без исключения. Иногда Зорайда думала что ей повезло быть не просто женщиной, а филиппино-американкой и женщиной в одном лице.
После подписания петиций и выступлений активистов на кампусе колледжа, где должен был начаться митинг, группа из более чем пятисот человек отправилась маршем в центр города. Они выбрали стратегический маршрут, который проходил мимо местных офисов ABC, NBC, CBS и FOX.
– Многообразие – это не только черное и белое! – скандировали они. – Многообразие – это не только черное и белое!
