Читаем Кит онлайн бесплатно
Однако возникла новая проблема, и снова из-за Сурён. Минуло время, когда отношения супругов были гармоничными. Постепенно стареющий и не очень привлекательный муж опостылел Сурён. Вскоре она влюбилась в другого. Таковы законы хандры. Ее новый избранник оказался поэтом, с которым Фармацевт познакомился в кофейне. Он не успел еще стать известным в литературных кругах страны, но местные знатоки признавали ритм его стихов весьма достойным. Этот человек пленил сердце Сурён глубокими грустными глазами, мягкими длинными волосами и сладким голосом. Тайком от мужа она предавалась с ним страсти, ни днем, ни ночью не желая расставаться с любимым. Но однажды, полностью доверившись ему, она выложила все свои тайны. Таковы законы любви. Поэт испытал сильнейший удар. Мало того что любимая женщина в прошлом была проституткой, так еще оказалось, что она страшная преступница, в сговоре с мужем убившая человека. Поэт обладал слишком чувствительной натурой, чтобы хранить в себе такую ужасную тайну.
К тому времени и у Фармацевта случилась неприятность. Он совершил большую ошибку, развязав дискуссию в группе критиков в кофейне. В суете перепутав собеседников, он слово в слово выдал им мнение, недавно услышанное от них же. Критики, крайне чувствительные к вопросу «свой» и «чужой», и без того с некоторых пор стали замечать неладное в его словах и действиях и с подозрением присматривались к нему. Кто-то из них прямо ему заявил:
— Извините, но именно это и сказал господин Чхве на прошлой неделе.
Фармацевт понял, какую большую ошибку совершил. Он растерялся и от смущения стал нести околесицу:
— Ха-ха-ха! Да, так оно и есть! Я хотел сказать, мои слова — это мнение господина Чхве, а мое мнение — слова господина Чхве, так что наши взгляды полностью совпадают, и получается, что мы с ним единомышленники! Кстати, на недавнем концерте, так сказать, ничего нового не представили, не правда ли?
Он, по обыкновению, попытался перевести разговор на другую тему, но в этот раз не нашлось никого, кто захотел бы его поддержать. Все смотрели холодно. Повисла напряженная тишина. Хотя физической силы никто не применял, они, как тибетские волки, изгоняющие чужака, случайно затесавшегося в их стадо, ледяным молчанием сурово указывали ему место. Таковы были законы интеллигенции. Фармацевт понял, что все кончено и пришло время покидать этот город. Бессильно опустив плечи, он поднялся, оглядел сидящих и сказал на прощание:
— Послушайте, вы! Как насчет того, чтобы прекратить судить других и самим подняться на ринг, а?
Когда Фармацевт вернулся домой, его уже ждали сыщики. И он с опозданием понял, что ни с кем на свете нельзя делиться тайной, поскольку тайна остается таковой лишь до тех пор, пока хранишь ее один. Он не сопротивлялся и признался во всем содеянном. Полиция откопала на заднем дворе дома почти истлевшее тело продавца конфет. Арестовали и Сурён, обвинив в преступном сговоре с мужем. Вот так эта женщина оказалась в тюремной камере, где отбывала свой срок Чхунхи.
Фармацевта, выдававшего себя за члена королевской семьи, через некоторое время повесили. А казнь Сурён, чью редкую красоту заметил начальник тюрьмы, отложили. Он поместил ее в специальную камеру рядом со своим кабинетом и часто наведывался к ней удовлетворить свою похоть. Он заходил туда как в туалет, когда хотел справить нужду. Однако перед выходом на пенсию, боясь разоблачения своих низменных привычек, поспешил отправить Сурён, которая долгое время служила ему чем-то вроде писсуара, на казнь. Вот так на виселице закончилась полная тревог и волнений жизнь этой парочки — Фармацевта и проститутки.
— Если ты считаешь себя везучей, потому что жива до сих пор, то очень сильно ошибаешься. Даже выйдя на свободу, я все равно смогу убить тебя, стоит только захотеть, слышь, немая? Могу другим тебя заказать, могу и яду подмешать в еду, а ты ее сожрешь.
Медсестру приказали освободить, и она собирала свои вещи. Шел пятый год пребывания Чхунхи в тюрьме. Глядя на нее, бросающую непонимающие взгляды, медсестра вдруг вздохнула и сказала:
— Если честно, я до сих пор не могу понять, стоишь ты того, чтоб тебя убили, или нет. Какой смысл зря марать руки? Но все равно тебе рано успокаиваться. Мои планы в любое время могут измениться.
Перед самым выходом из камеры она прошептала Чхунхи последние слова:
— Тебе, немой, не умеющей болтать, я раскрою одну тайну. Помнишь Алюминиевую Маску? Этого подонка убила я. Поэтому для тебя я еще и спасительница. Но благодарить меня не надо. Просто мне было бы обидно, если бы тебя убил он, а не я.
Это был момент раскрытия самой мистической в истории тюрьмы тайны — тайны, связанной со смертью Алюминиевой Маски. Но медсестра так и не сказала, каким способом убила его. Ходили слухи, что она тайком насыпала мышьяк на его маску, поговаривали и о том, что она подмешала яд ему в еду, но все это были только догадки, а тайну она держала при себе.
