Читаем Если онлайн бесплатно
Пахнуло болотом. Лицо девушки было молодым и румяным, но каким-то неживым. Однажды Саша видел, как на пляже спасатель вытащил на берег утопленницу. Он еще проверял пульс, очищал рот от песка, пытался провести реанимацию, но Саша знал: это бесполезно. Лицо девушки было какого-то неживого цвета, словно это была и не кожа вовсе, а резина. Лицо куклы. Не верилось, что эти губы совсем еще недавно трогала улыбка. Девушка с протезом была такой же, как тогда на пляже. Утопленница. Мертвое состояние, впрочем, не помешало ей держать в руке рацию и сверток подмышкой. Девица развернула сверток и, поклонившись, протянула ему знаменитую трость, усыпанную бриллиантами, с набалдашником в форме черепа, вместо одной из глазниц – шестеренка. И цилиндр с прицепленными гогглами.
– Это вечеринка в стиле стимпанк, – просипела она. – Реквизит.
Это слово подействовало на Сашу мистическим образом, словно девица произнесла заклинание. Не успев удивиться, Саша взял в руку трость, которая оказалась довольно весомой, и надел цилиндр. Он вдохнул полной грудью, его плечи распрямились. Саша ощутил себя частью этой игры, коснулся цилиндра кончиками пальцев и поклонился утопленнице.
Девица удовлетворенно кивнула.
– Человек в гогглах здесь, – сказала она в рацию. – Через две минуты будет в студии.
Девица схватила его за руку.
– Можно за вас подержаться? Я бы попросила автограф, но на дне реки с бумагой так себе. Всплывает, размокает. Приходится использовать папирус, а это штука дорогая, изводить на всякий бред, сами понимаете… – бормотала она.
– Бросьте, вам просто нужна моя энергия, чтобы не выглядеть такой мертвой, простите, бледной.
Саша удивился, откуда он это знает? А еще удивился звуку собственного голоса, который стал до чертей соблазнительным.
– Трупные пятна измучили, – просипела девица, с неохотой выпуская его руку из своей ледяной ладошки и заливаясь нежным румянцем.
Они прошли по темному лабиринту коридоров и оказались в студии. Саше часто приходилось бывать в таких как эксперту на телевизионных шоу и программах. Повсюду расставлены камеры. Пол студии был расчерчен черно-белыми квадратами, как шахматная доска. В центре находился постамент, присыпанный песком, на котором были расставлены кресла для гостей программы. По бокам постамента плыли долговязые лапы элодеи – «водяной чумы», вездесущие побеги которой на дне реки путают рыбацкие сети, сбивают с курса корабли. Саша посмотрел сквозь зелень набухших водорослей и увидел над головой, словно кран телевизионной камеры, дирижабль, ведь со дна реки аномальное облако выглядело именно так. На боку его красовалась надпись: «СССР Б-52».
Публика рассаживалась по местам и возбужденно гудела. Подводное общество – сплошь резиновые маски утопленников – принарядилось в стиле заявленной темы вечеринки: цилиндры с прицепленными гогглами, рюши длинных юбок, кружевные оборки затейливых рукавов и ремешки кожаных корсетов. У многих в руках были керосиновые лампы, мерцающие в полумраке студии.
В первом ряду сидела странная личность с широко расставленными глазами, усами до плеч и гусиными лапами с перепонками вместо рук, в полосатом костюме на голое тело. Личность препиралась с брюнеткой в съехавшей на бок фате, стройное тело которой было затянуто в кожаный корсет.
До его слуха донеслось:
– Какой еще харассмент? Настасья Павловна, это официальное мероприятие. Посещать их входит в ваши профессиональные обязанности.
Саша понял: это его знакомый сом. Их взгляды пересеклись, и длинноусый спрятал глаза. Сом не хотел быть узнанным. Саше показалось, что на галерке мелькнул черный пучок Василисы – теперь понятно, почему она носила перчатки. В третьем ряду Саша заметил знакомое лицо – билетершу из подводного кинотеатра в белой ночной рубахе. Вместо керосиновой лампы на ее руках был мальчик, который обнимал ее за шею маленькими ладошками.
Девица с крутой рукой усадила его в кресло, склонилась и прошептала на ухо:
– Не слишком верьте дифирамбам, которые тут поют. – Она кивнула на шахматный пол. – Это всего лишь игра. Все зеркала этого шоу кривые. Кроме одного. Найти его – главное задание этого квеста.
Она поклонилась и сложила пальцы своего протеза в кожаной перчатке в знак виктории.
В двух других креслах уже устроились гости. Саша узнал Прохора Петрова, расстрелянного директора «Дирижаблестроя». Как и в первый раз, он был в вязанном жилете с несколькими дырками на груди и сидел в ближайшем к Саше кресле. Глаза Прохора фанатично блестели.
– Коллега, рад вас видеть! Как проходит сбор крови у населения? Не замылился ли глаз, не затупилась ли игла?
Прохор тоже принимал его за Человека в гогглах.
– Все начинается в голове и заканчивается там же, – сказал Саша. – Как ваш палец, не болит?
– Благодарю. После смерти стало намного лучше.
– У меня все чисто, как в банке, – с достоинством отвечал Саша, все больше вживаясь в роль Человека в гоглах.
