Читаем Если онлайн бесплатно
– «Я не продавала тебя в нужде. Когда голодала, когда не было лекарств для Красного Креста. Под бомбежками я загадала, что однажды он вернется ко мне. Загадала, что моя тиара приведет его ко мне. Когда-нибудь», – процитировала Ая слова Алисы. – Я загадала, что кольцо вернет мне любимого. Загадала, что он найдет меня в Забвении и вернется ко мне.
Саша толкнул тяжелую дверь выхода из кинотеатра, но попал не на улицу, как ожидал, а в заводской цех. Жужжали станки с металлическими лопастями, крутились сверкающие диски, шныряли туда-сюда люди в белых халатах. Казалось, он попал в цех часового завода.
К нему подскочил грузный человек с выпученными глазами.
– Почему не в халате? – просипел он и накинул ему на плечи белый халат.
На ходу продевая руки в рукава, Саша пересек цех и, открыв дверь, попал в следующий. Вдоль длинного стола, которому не было конца, сидели девицы со швейными иголками в руках. Синеватый оттенок кожи, темные круги под глазами, бледные губы, в форменных комбинезонах поверх голых грудей и все как одна в красных косынках, повязанных под волосами, как носили работницы в Советское время. Перед каждой из девиц, как ноутбуки, стояли раскрытые пудреницы с зеркалами. Вдоль бесконечного стола лежала оболочка дирижабля, работницы Баллонного цеха шили ее. На стене висел агитплакат – работница в красной косынке прижала палец к губам: «Не болтай!» Вдоль стола плавала и присматривала за трудящимися важная дама в сером строгом жакете, из-под которого торчало сразу два рыбьих хвоста. Дама перебирала ими, как ногами. Вокруг ее красивого лица извивались змеи.
– Перекурить бы. Пять часов без перерыва, начальник! – просипела одна из девиц.
– В чем дело, Петрова? – Важная дама так и всплеснула хвостами. – Встать и обратиться по форме!
Девица затряслась всем телом, схватила пудреницу со стола, подскочила, обернувшись спиной к даме со змеями вокруг лица, и посмотрела в зеркальце пудреницы.
– Петрова Наталья Ивановна. Ведущая швея Баллонного цеха.
– Трудящимся по закону положен перерыв. А заслужили вы этот перерыв, Петрова, если закон систематически нарушаете, вот в чем вопрос? – Подгребая хвостами, дама принялась расхаживать вдоль стола, как учительница по классу. – Почему дирижабль сдулся? Почему в баллоне образовалась брешь? Может быть, как раз потому, что ты, Петрова, плохо несла свою вахту? Сесть и продолжать работу!
Она бурила Петрову смертоносным взглядом, и Петрова, хоть и смотрела на начальницу через зеркальце пудреницы, в какой-то момент пошатнулась и начала оседать на пол. Саша, оказавшийся поблизости, подхватил ее на руки.
– Доктор, займитесь ею, – одобрила начальница и махнула правым хвостом. – Отгрузите!
Стараясь не смотреть ей в глаза, Саша с керосиновой лампой наперевес потащил Петрову к выходу и заметил краем глаза, что возле стула Петровой уже материализовалась новая работница в комбинезоне поверх голых грудей, в красной косынке, даже чем-то похожая на Петрову.
Открыв дверь цеха ногой, он со своей ношей выбрался наружу. Сквозь водоросли, плывшие по воде, проглядывала луна. Дождь кончился, и вода была такой прозрачной, что казалось, они были на дне ночного пляжа, редкие растения которого презрели законы гравитации. Саша опустил работницу на песчаное дно. Он порылся в карманах и извлек невесть откуда взявшийся пузырек с нашатырем. Откупорил и поднес к носу гражданки. Она вздрогнула и открыла глаза, мутные, обрамленные темными кругами, с ресницами, доходящими до самых бровей. Петрова привстала на локте и потянулась к Саше бескровными губами. Вода в реке была чистая, но Саша почувствовал запах болота. К щеке Петровой прилип кусочек ряски. Боковым зрением он увидел руку работницы, ползущую по дну к его лампе, и схватился за ржавую ручку.
– Подари мне твою лампу, начальник, – прохрипела Петрова. – Мне без лампы никак нельзя. Я без лампы злая, с товарками грызусь, иголки ворую. Меня на корм рыбам пустят. Отдай! Что хочешь проси.
Она отстегнула бретельку своего форменного комбинезона, обнажая полную грудь с темными сосками.
Саша тоскливо посмотрел на грудь.
– Не могу. Извини. Лампа не моя.
Едва открыв глаза, он понял: что-то изменилось. Так бывает, когда понимаешь, что пришла весна. Снега громоздятся до самого горизонта, но ты чувствуешь ее в теплом влажном ветре, слишком оживленном гомоне птиц и в лучах солнца, промелькнувших между облаками. Саша лежал под пледом на диванчике домика на дереве, а на столе среди набросков Арсения стояла керосиновая лампа Аи, которую она унаследовала от прабабушки.
