Читаем Если онлайн бесплатно
Саша схватился за телефон, как за сердце, и залип в экран: смотрел и смотрел, словно впал в транс. А когда очнулся, рядом уже никого не было. Он разжал кулак, на ладони лежала монета – советский юбилейный рубль 1991 года. Пятьсот пятьдесят лет со дня рождения Алишера Навои. На монете был изображен профиль поэта, который напомнил Саше Ленина в чалме. Саша в задумчивости засунул монету в карман джинсов. На карте несметное количество точек, которые отмечены клеймом проклятия. Питер, потому что его построили на болотах, костях и Бог знает чем еще. Озеро Новодевичьего монастыря, потому что там казнили стрельцов. Люди всякое болтают. Легенды о проклятом месте и предостережение полуграмотной бабушки его не слишком впечатлили. А вот то, что трое отмеченных шрамом Человека в гогглах сошлись в одно время в одной точке на карте, заставляло задуматься.
– Чернушка! – кричала Ангелина осипшим голосом.
Стоило Ангелине только выйти за порог с Чернушкой на поводке, как собака забеспокоилась и протяжно завыла. Ангелина подумала, что она уколола лапку, и наклонилась к ней, отпустив поводок. Ядовитые глаза куриной слепоты загорелись в траве. Чернушка вырвалась и убежала. Ангелина обошла все окрестные дворы, яблоневый сад и даже побывала на кладбище – без результата.
донесся откуда-то женский голос.
Она бросилась на этот голос, как собака на кость, побежала, но уперлась в брошенный дом, на крыше которого росла трава и полевые цветы.
– Где моя собака? Я вас всех засужу! – обвиняла она кого-то и трясла кулаком.
Ангелина снова побежала, путаясь в высокой траве, ярко-зеленой с прошлогодней проседью, и замерла на месте. Под ногами свернулась клубком змея. Желтая головка – значит, уж. Ужи, очумевшие от зимнего сна, были повсюду, лезли под ноги.
Ангелина обернулась вокруг себя. Дома с деревянными ставнями, река, кусты акации, снова дома закружились и слились в едином водовороте.
Крик Ангелины пронзил Забвение, словно игла.
– Будьте вы прокляты!
Она села на корточки, обхватив руками коленки, и заплакала.
Что-то словно толкнуло ее в грудь, и Ангелина подняла глаза. Прямо перед собой она увидела цветочную клумбу: тюльпаны, некоторые с уже распавшимися лепестками, крокусы и еще какие-то цветы – Ангелина не слишком в этом разбиралась. Повинуясь неведомой силе, Ангелина отворила калитку и вошла во двор.
Возле дома, одноэтажного, но крепкого, добротного, с нарядными белыми наличниками и слуховым окошком на крыше, на корточках сидела девушка в джинсах и кофте с длинным рукавом. На тонком запястье – резинки для волос, русые волосы были собраны в хвост, девушка гладила Чернушку. Рука ее перебирала шерсть на груди собаки, Чернушка жмурилась и вылизывала тонкую руку. Другой рукой хозяйка придерживала старинную керосиновую лампу, стоящую на земле.
– Чернушка! – всплеснула руками Ангелина.
Собака перевела на Ангелину осоловевший взгляд, но не тронулась с места.
– Чем тебе так понравилась эта девушка? – Ангелина едва сдерживала слезы.
Хозяйка перестала гладить Чернушку, та взглянула на Ангелину и, поджав уши, бросилась в дом, словно ее позвали.
Ангелина топнула ногой.
– Что за чертовщина.
На скамейке у стены дома, возле секатора и тяпки с налипшими комьями земли, сидела сова. Сова посмотрела на Ангелину круглыми желтыми глазами.
– Это филин Демьян. Зимой он свалился в мою трубу.
– Как это? – удивилась Ангелина.
– Сел на трубу погреться, задремал и упал во сне. С каждым может случиться, – хозяйка пожала плечами. – Повредил крыло. Всю зиму я его выхаживала, а по весне отпустила. Теперь вот прилетает меня навестить.
Девушка поднялась на ноги. Мгновение они стояли друг против друга, глаза в глаза и вдруг одновременно поправили волосы. Ангелина испытывала странное чувство. Она видела эту девушку впервые, но душу царапало острое неприязненное чувство. Девушка не была настолько красивой, чтобы так тревожить Ангелину.
– У тебя очень красивые глаза. Всегда мечтала о синих глазах, но вытянула другие.
Девушка улыбнулась.
Ангелина красноречиво посмотрела на старинную керосиновую лампу в ее руке.
– Это моей прабабушки. В Забвении часто отключают свет. Я Ая. Будь моей гостьей, – улыбнулась хозяйка и направилась в дом вслед за собакой.
Они прошли через сени, кухоньку, в которой была печка, и оказались в темной комнате. Внутри пахло сыростью. В углу стояла эмалированная миска, наполненная водой. Видимо, крыша протекала. Шифоньер с отполированными створками, стенка, какие были в моде в семидесятые, с хрусталем и керамическими фигурками пионеров на полках, кресло, застеленное ковром, – казалось, в этом доме жила бабушка. На столике в углу стояла шахматная доска с расставленными фигурами. Белая королева упала на бок, поверженная, в окружении черных фигур.
– Обожаю шахматы, – сказала Ангелина.
