Читаем Если онлайн бесплатно
В день выписки из больницы на письменном столе Арины, посверкивая гранями, красовался новенький ноутбук. А через неделю они с мамой отправились в приемную комиссию колледжа искусств. Узнать об условиях поступления.
Снега растаяли, пролетели весенние грозы. Город поплыл в зареве летнего зноя, который вместе с желтыми листьями унесли ветры осени. И снова снег укрыл землю белым покрывалом. Снег маскирует грязь, скрывает неприглядности, обеляет, но только пока не побежит ручьями по асфальту. Жизнь идет по кругу, вертится колесо сансары.
Арина курила с одногруппницами на балконе центрального входа в колледж, кутаясь в шарф. Промозглое утро плыло огоньками авто по проспекту. Она смеялась вместе с девчонками, когда заметила, что он стоит рядом.
– Таких девушек, как ты, нечасто встретишь.
Высокий худощавый парень в черной куртке с чуть удлиненными вьющимися волосами. Арине стало весело, как будто она летит вниз с моста на тарзанке. Весело и страшно.
– Почему?
– Ты необычного цвета. Лавандового. Материя между планетами в космосе имеет такой цвет.
– Откуда ты знаешь, какого цвета материя в космосе?
– Есть вещи, которые просто знаешь и все.
Арина подняла глаза к небу, небо куталось в утренний туман, скрывалось за облаками. Где-то за туманом и низкими облаками была луна. Арина знала, что она есть, хоть ее и не было видно. Арина хотела сказать об этом, но он был уже далеко от нее, входил в колледж.
– Арсений. Человек, который ходит в черном и никогда не смотрит в глаза, – сказал кто-то из девчонок, и все засмеялись.
А Арина все смотрела ему вслед.
Арина и Сакура сидели у деканата и листали тетрадку с лекциями, которую им любезно одолжила на сегодняшний вечер отличница.
– Переписывать – рука отсохнет, – сказала Сакура. – Может, отксерим?
Мимо прошел парень, взглянул на Арину и тут же отвел взгляд.
Арина толкнула Сакуру локтем в бок.
– Как он тебе?
– Арсений? Фигура – норм, но ботан. Вяжется ко всем: «Почему вы не сделали домашку, это же наше задание». И вообще, ходит всегда в черном, как монах. Странный какой-то. Как будто с Луны свалился.
Арина улыбнулась и посмотрела в окно, на облака, которые ползли по небу, как медвежата.
– Не такой, как все.
– Тебе Степан голову открутит.
– Не открутит.
– Чем он вообще тебе понравился? В трусы тебе не лезет, как каждый первый? – хихикнула Сакура.
– Скажешь тоже, в трусы. Не с нашим счастьем. Он за последние три дня посмотрел-то на меня всего три раза – Арина стала загибать пальцы. – Когда мы столкнулись у двери в аудиторию, у гардероба и вот, сейчас. Когда наши взгляды встречаются, у меня в животе плывут облака.
Сакура рассмеялась.
– Да ты попала? Но тут у тебя шансов ноль.
– Через месяц будет моим. Я всегда получаю что хочу. Помнишь?
Семнадцать лет назад от Наташи ушел муж. Мужа отбила лучшая подруга, вся их компания гудела, как растревоженный улей. Кто-то принимал сторону Наташи, кто-то осуждал: сама виновата. Все сплетничали и говорили за спиной, и вот это было невыносимо. Наташа не знала, куда деваться от этих разговоров. Ей стало казаться, что даже продавщицы в магазине смотрят на нее с усмешкой – знают ее историю. Когда жена ее брата Кирилла умерла при родах, Наташа посчитала это знаком свыше – избавлением. Она растворилась в этом теплом комочке. Вставала к нему по ночам, грела бутылочку, гуляла с коляской, гладила пеленки с двух сторон – уставала как собака. Ложилась в постель с гудящими плечами и тут же засыпала, но о неверном муже забыла напрочь. Действительно, избавление.
До трех лет Арсений развивался как положено. Поддерживал зрительный контакт. Все случилось после очередной прививки АКДС, хотя врачи и говорили, что прививка причиной быть не может. Мальчик стал нервным, перестал смотреть в глаза. Наташа спрашивала: «Арсюш, пойдешь есть?» Он отвечал: «Да, Арсюш, пойдешь есть». Эхолалия. Когда они приходили в гости, бросался из одного угла в другой в поисках заинтересовавшей его вещи. Казалось, мальчик плохо воспитан. Арсению поставили диагноз РАС – расстройство аутического спектра. Аспергера тогда не было. Его поставили позже, в шестерке – Психиатрической детской шестой больнице. Наташе было важно, чтобы это было официальное медучреждение, чтобы не забрали в армию.
