Читаем Если онлайн бесплатно
– Я отойду на десять минут, никуда не исчезай, – подмигнул он.
Арина улыбнулась, ничто так не утешает во время страданий, как мужское внимание.
– Почему Петя всегда говорит фальцетом, как будто его кастрировали, а когда напьется, у него становится нормальный голос?
– Каким еще фальцетом? – Сакура взяла со стола пустой стакан и стала его рассматривать. – Нормальный голос.
– Серьезно? – Арина схватила ее за руку, пытаясь заглянуть в глаза. – Да ты попала?
Сакура отставила бокал и посмотрела на подругу.
– Уступи мне его.
– Забирай!
– Так я не пойму: вы с Арсением встречаетесь? – оживилась Сакура.
– Ходили в кино, в кафе. Целовались.
– И как тебе?
– Божественно. – Арина заплакала.
– Этот парень реально не понял, с кем связался! – взревела Сакура, в возмущении вскинув руки и задев сумочку, висевшую на спинке стула.
Сумочка с грохотом упала на пол. Арина поняла, что Сакура напилась.
– Он все это делает специально. Хочет заставить меня страдать, но я этого не позволю. – Арина достала из сумочки пудреницу и утирала слезы, глядя в зеркальце. – Хочу позвать завтра в колледж Степана, чтобы Арсений ревновал.
– Этого мало, – заявила Сакура, вскинув подбородок и распрямляясь на стуле, как на троне. – Надави на больное. Что его реально задевает?
– Его телефон. Иногда мне кажется, что он любит только свой телефон. Я однажды попыталась взять его в руки. Он так напрягся, а потом вообще ушел.
– Кринж! А вот здесь реально может помочь Степан.
Двадцатого января две тысячи двадцать третьего года мой телефон вибрировал на тумбочке, на дисплее – цифры незнакомого номера. Опять. Я решил ответить.
– Ты сдохнешь, тварь. Тупоголовый гоблин, гори в аду! Я приеду и закопаю тебя. Ты покойник.
Я нажал отбой. Побежал в туалет, меня вырвало.
Я вернулся в комнату, поставил песню «Битлз» «Норвежский лес», мою любимую и папину тоже. Сел на пол, обхватил руками коленки и стал раскачиваться из стороны в сторону.
Я отношусь к тому типу молодежи, которой нравится хорошая музыка. Джими Хендрикс, такие группы, как «Металлика», «Битлз». Я могу рассказать о них, где они выступали. Джими Хендрикс выступал в основном в Америке. Может, выезжал за границу, но в России он не играл, потому как был железный занавес. У «Битлз» была такая же ситуация: они начинали играть в Гамбурге, это Германия. Это я все знаю, потому что я все это читал. Смотрел всякие интервью и на русском, и на английском. Я не отношусь к гопникам, которые все свои дни проводят в спортзале, сидят на кортах и слушают ерунду.
Пятнадцатого января я застал мою девушку в положении измены. Она целовалась с другим, с гопником, когда у меня – рюкзак с компьютером, сумка через плечо с листами А3, красками. Короче, я с тяжелым оборудованием, так же тяжела была моя грусть. Я был так шокирован, что пришел домой и заблокировал ее во всех соцсетях. Она же решила показать, какая она гордая и как она умеет настраивать людей. Для этого она позвала программистов, они вычислили мой номер, мне позвонили и стали угрожать. Это был капец! Главное, она же сама была виновата, это она целовалась с другим, и она хотела мстить, зачем? Они обзвонили мне весь телефон. Мой телефон весь в пропущенных звонках! Я в какой-то момент задумался о замене номера, но в нашей семье это категорически запрещено. Такие правила. За этот номер платит мама. Арина виновата, она решила показать себя. На протяжении пяти дней мне поступают всякие звонки, мне устроили самую настоящую кибератаку на всю Москву! А что, если мне все же придется поменять номер? А если все данные с телефона пропадут? Это катастрофа. Я этого не переживу.
– На него ничего не действует. Ни звонки, ни поцелуи Степана, ни секси-шмотки! Ненавижу его!
Платье в стиле греческой туники, кожаные перчатки, часы, которые висели на груди, как кулон. Арина пила вино на кухне чужой квартиры и плакала. Сакура закрыла дверь, за которой грохотала музыкой очередная вечеринка.
– Тогда я уже просто не знаю, – развела руками Сакура.
Дверь кухни распахнулась, вошел Петя.
– Аришка, ты чего? Почему самая красивая девушка Колледжа искусств льет слезы?
Он встал на колени и обнял Арину, положив голову ей на грудь. Арина прильнула к нему. Ничто так не утешает во время страданий, как мужское внимание.
В кухню вбежал Митя Синицын.
– Петь, там, по ходу, вазу разбили, которая это, в углу.
– Из Греции? Да вы озверели? Меня мать кастрирует!
– Петька – прикольный, – вздохнула Арина, когда они убежали. – Ты уверена, что он тебе не нужен?
– Фрик полный, и с голосом беда, – с безразличием отозвалась Сакура.
Арина подошла к кулеру, налила воды в стакан и выпила залпом, как водку.
– Остался последний способ. Поможешь?
