Читаем Если онлайн бесплатно
Я не понял, что она имела в виду. Я сделал еще глоток и увидел, что стена, возле которой стоял шифоньер, задрожала и стала зеркальной. Шифоньер исчез. Шифоньеры не должны исчезать ни с того ни с сего или телепортироваться в другое измерение. Телепортация бывает только в фантастических фильмах – например, в «Назад в будущее» или «Человек-паук: Через вселенные» – но не в реальной жизни. В другой ситуации меня бы это сильно испугало, но в тот момент я чувствовал себя спокойно и уютно и подумал, какой интересный эффект дрожания пространства. Надо использовать его в картинах, но вот только как? Я смотрел в стену, как в зеркало. Я думал: как такое возможно? Или дело в зеркальных нейронах? Я читал о зеркальных нейронах и много слышал, но сейчас почему-то никак не мог припомнить, что же это такое.
– Что это такое? – в задумчивости повторил я.
Она сказала:
– Это зеркало. Что ты в нем видишь?
– Себя.
– А еще?
– Вас. Эту комнату, стол, – сказал я.
– Стол находится у тебя за спиной. Позади. А если смотреть в зеркало, он впереди. Ты снова сможешь пережить то, что уже случилось. И изменить прошлое. Я подарю тебе кое-что. Теперь ты сможешь взглянуть на этот мир по-другому. И на себя, ведь это зеркало.
В ее руке оказались песочные часы, которых я раньше не видел. Первое упоминание о песочных часах было в Париже. Самые большие песочные часы, высотой восемь с половиной метров, находятся в Японии. Цикл их опорожнения около года. Это я знаю, потому что подписан на группу «Это интересно» в социальных сетях.
И она их перевернула. В зеркале образовалась воронка, похожая на вход в океанариум. Мы ходили туда с родителями в ноябре 2019-м, когда папа еще был жив. Ты идешь по коридору, а над головой плавают рыбы. Мне стало не по себе, потому что океанариум был в Москве. Чтобы попасть в него, мы покупали билет. В домах не бывает выходов в океанариум и нет кассы.
Она улыбнулась.
– Смелее, будет весело. Надо только сделать шаг.
Я шел по океанариуму. Было темно, надо мной проплывали стаи рыб. Только не разноцветных и экзотических, а мелких рыбешек, какие водятся в реках. Когда мы с родителями ходили в океанариум, там так и было, поэтому я чувствовал себя спокойно и уютно. Было интересно, что случится дальше и что я увижу. Вдруг я услышал шаги. Позади по тоннелю океанариума бежал Степан. Мой враг очень быстро приближался! Я тоже побежал так быстро, как только был способен. Я думал, только бы меня не вырвало. Ведь тогда мне придется остановиться, и он меня догонит. И еще о том, что, если бы тут сейчас была моя мама, я бы положил голову ей на колени. Она бы погладила меня по волосам, и все бы осталось позади. Но мамы не было. И он догнал меня. И схватил, вцепился в плечо. И развернул к себе. И тут со мной что-то произошло. Я заметил, что у Степана на лбу огромный красный прыщ. У этого гоблина – и прыщи, как у любого другого человека? Сказать, что я был шокирован, значит не сказать ничего! Я смотрел на этот прыщ и никак не мог оторваться!
Степан хотел втащить челу, из-за которого погибла Арина. Он уже даже занес руку для удара, но вдруг замер. В этом странном месте было темно, как в заднице, и Степану на мгновение показалось, что это не Арсений, а какой-то другой чувак. Что-то было не так. Он всмотрелся в его лицо. «Арсений, который всегда ходит в черном и никогда не смотрит людям в глаза!» – вспомнил Степан, как пищали девочки. Арсений смотрел ему в лицо ясными глазами и не отводил взгляд.
Меня тошнило. В ушах шумело, потому что мы были под водой, я почти ничего не слышал и подумал, что скажу ему сейчас все. Я вспомнил женщину с лицом Ангела из своего сна, в одеждах, какие сейчас не носят. Она не боялась выстрелов, если не слышала их звука. Могла сказать в лицо вооруженному офицеру, что скрывала в своем доме еврейское семейство, ведь она не услышала бы, что он ответит. И мне было не страшно, ведь я не слышал, что говорил.
– Я не боюсь тебя, гопник несчастный, – сказал я. – Меня запирали в шкафу в школе. Меня били в колледже. Школа меня преобразила, колледж меня преобразил, и Забвение меня преобразит! Я выйду на новый уровень, буду понимать шутки, буду более верным девочкам. А ты так и останешься никому не интересным идиотом!
– Ты бессмертный, что ли? – взревел Степан.
Он схватил Арсения и ударил со всей дури башкой о стену океанариума. Стена задрожала, расступилась, словно за ней оказалась потаенная дверь. Арсений провалился внутрь, и стена сомкнулась за ним.
