Читаем CyberPunk: ZERO онлайн бесплатно
Зато он маниакально вдалбливал в неё оперативную паранойю. Маршруты отхода. Дублирование протоколов. Оценка физической среды вокруг погружённого в дайв тела. Психология противника на том конце провода. Ложные векторы атак.
Люси поначалу бесилась и закатывала глаза.
А потом применяла это всё на живых заказах.
За последние полтора года они отработали в паре девять контрактов.
Первое время она висела на пассивном наблюдении. Потом начала вскрывать локалки. Дальше пошли системы безопасности, боевые турели и зашифрованные сервера.
На последней совместной вылазке Люси, не выходя из своего бункера, вскрыла архитектуру частной клиники, нашла слепую зону для проникновения, заперла за Каем три уровня бронедверей и пустила закольцованный футаж на двадцати двух камерах.
Когда Гейб перевёл Каю оплату, тот молча отрезал сто десять тысяч и кинул на счёт Люси.
Через минуту она примчалась к нему в гостиную, размахивая планшетом.
— Ты опять отвалил мне слишком много!
Кай даже не оторвался от поедания лапши.
— Ты нашла вектор входа, сломала ICE, держала оптику и выкачала терабайт архивов. Это твоя доля.
— Я сидела в кресле дома!
— От того, что ты не испачкала руки в крови, твои мозги дешевле не стали.
С тех пор Люси перестала спорить.
Её личный счёт давно перестал выглядеть как копилка на карманные расходы. Часть бабок она вливала в железо. Часть раскидывала по теневым инвестиционным фондам. Остальное копила. И Кай прекрасно знал, на что именно.
Три года кардинально перекроили и карьеру самого Кая.
Мясорубка с Милитехом в 2066-м стала лишь прологом. За ней пошли заказы, после которых само понятие «дорого» приобрело в Найт-Сити новые стандарты.
В конце 2066-го конкуренты заперли в отеле четырёх топ-менеджеров «Арасаки» после провала переговоров. Сорок вооружённых отморозков. Выходы заминированы, на соседних крышах лежат снайперы.
Кай вошёл через вентиляционную шахту смежной башни. Через двадцать две минуты все четыре пиджака уже ехали в броневике к своему руководству. Гонорар — четыреста тысяч.
Через несколько месяцев Вакако Окада заказала ему одного оборзевшего соло, который сколотил банду, отжал у Тигриных Когтей пару борделей и решил, что он теперь новый король Джапантауна.
Шестнадцать ублюдков с тяжёлым хромом. Две турели. Один забетонированный этаж.
Гейб заказал им ужин в «Посмертии» перед тем, как Кай выехал на заказ. Кай вернулся к десерту.
В 2067-м мутный частник отвалил 750 кусков за извлечение своего тупорылого наследника из укреплённого нарко-притона в Норт-Оуке. Пацана нужно было достать без единой царапины.
Кай вытащил его за сорок семь минут. Самой страшной травмой клиента оказался порванный рукав шёлковой рубашки.
Потом прилетел чек почти на миллион.
Бригада из шести киберпсихов-ветеранов обнулила две команды штурмовиков и засела на старом заводе, требуя выкуп у корпов.
Кай взял контракт вечером. Утром Гейб получил кадры с шести нашлемных камер, где было зафиксировано окончательное прекращение жизнедеятельности всех целей.
Были перебежчики. Боссы картелей. Вскрытия армейских серверов. Эвакуация из-под перекрёстного огня трёх банд.
Один раз цель, узнав, кто взял на него контракт, сама вышла на связь и предложила удвоить сумму за сохранение своей жизни.
Ещё один заказ закрылся до того, как Кай успел выгнать тачку из гаража — цель просто пустила себе пулю в лоб от паранойи.
Прайс взлетел до небес.
Триста тысяч стали считаться базовой таксой за разминку. Полмиллиона — норма за рабочий вечер. Если задача требовала креатива или конфликта с А-тир корпами, ценник улетал за семьсот-восьмисот кусков. Иногда переваливал за лям.
Гейб давно перестал скидывать ему всё подряд. Он сам фильтровал мусор.
Кай брал один контракт из пяти. Порой — один из десяти. Он достиг той точки свободы, когда мог выбирать работу исключительно по настроению, таймингу и степени омерзительности клиента.
Но главным активом была другая цифра.
Ноль.
За три года — ни одного проваленного контракта. Ни одного сорванного дедлайна. Ни одного трупа там, где должен был быть живой человек.
Если Кай подписывался на эвакуацию — клиент выходил дышащим. Если на изъятие данных — щепка лежала на столе фиксера. Если заказ был на ликвидацию — цель можно было вычёркивать из базы налогоплательщиков.
Эта железобетонная предсказуемость стоила дороже любых аугментаций.
К концу 2068 года люди платили миллионы не за процесс, а за абсолютную, стопроцентную гарантию результата.
Именно тогда слово «легенда» применительно к Каю перестало быть метафорой.
Кай зашёл на кухню и открыл холодильник.
Люси сидела за островком, остервенело печатая что-то на планшете.
— Рей писала?
Девочка подняла глаза.
— Утром скинула видео. Они уже в Сеуле. Через три дня концерт, потом перелёт в Токио, потом Осака.
Кай достал холодную синтетическую воду.
— График опять пополз.
— Ага. Тур продлили ещё на месяц. Так что в Найт-Сити она вернётся не скоро.
Кай молча кивнул.
Рей не было в городе уже несколько недель. Европейская ветка тура плавно перетекла в азиатскую, концерты добавлялись на ходу, и дата её возвращения растворялась в тумане.
