Читаем Совок-17 онлайн бесплатно
— Это хорошо, что устраивает. Потому что делаю я это не по приказу своего начальства. А просто по той причине, что вы мне нравитесь! Не настолько, чтобы я была готова испортить себе жизнь окончательно, но вполне достаточно, чтобы влезть в бумажную пыль.
— Алла…
— Не перебивайте. Мне так удобнее. И ещё — сюда, в диспетчерскую, я вам ничего таскать не буду. Я до вечера покопаюсь в архиве и, что сумею — подниму. А вы к восемнадцати-тридцати заедете. И всё, что я отберу, отвезём ко мне домой. Там всё просмотрим.
Она сказала это так спокойно, что придраться было не к чему. Просто взрослая женщина предложила мужчине удобный и приличный способ продолжить общение. Под предлогом интересующего его дела, разумеется. Но дело в подобных ситуациях всегда самый лучший предлог.
— Значит, вечером? — переспросил я.
— Значит, вечером. В восемнадцать-тридцать. И не опаздывайте! Я не люблю ждать мужчин. Особенно тех, ради которых приходится бесплатно копаться архивной грязи.
На том мы и разошлись…
К назначенному часу я прибыл к ПАТП и проехал на территорию. Поставил машину у административного корпуса и поднялся к Алле в диспетчерскую.
В помещении диспетчерской она была одна. На столе у неё лежали две объёмные стопки старых журналов, табелей и каких-то потёртых бланков. Обе кипы были аккуратно крест-накрест перевязаны шпагатом. Вид у этих бумажных груд был такой, будто они сосредоточили в себе по транспортной пятилетке в каждой. Бумага либо серая, либо пожелтевшая и затёртая. Местами надорванная и с чужими карандашными пометками. С той въедливой канцелярской старостью, которая и на вид кажется тяжёлой.
Увидев меня, Алла отложила ручку и кивнула на эти связки.
— Вот. Что успела, то подняла. Но тут должно быть всё, что тебе нужно!
Я подошёл к столу и приподнял за перекрестья шпагата обе стопки. И сразу прочувствовал всю тяжесть транспортно-пассажирской нагрузки летнего периода тысяча девятьсот семьдесят пятого года на ПАТП.
— Ничего себе! — удивился я. — Ты, я вижу, пол-архива сюда вынесла!
— Это не половина и даже не тысячная его часть! — хмыкнула диспетчер Алла, — Но ты же сам хотел не смутные догадки, а точное подтверждение? Или, может быть, я чего-то не так поняла?
Я поспешил заверить мадам Черненко, что поняла она всё верно и поступила правильно.
— Вот и получай тогда источник нужных тебе знаний! — указала она на вязанки с макулатурой, — Только здесь мы это смотреть не будем. Тут через каждые пять минут кто-нибудь из второй смены в дверь соваться будет. И на чай напрашиваться.
— Тогда дома?
— Дома, — спокойно ответила она. — Или ты передумал?
— Я⁈ Да ни в жисть! — кивнул я на перевязанные шпагатом глыбы. — Ради знаний я готов на многое!
— Тогда бери и пошли! — поднялась Алла Сергеевна из-за стола и взяла в руки свою сумку.
Пока моя внештатная помощница по архивным раскопкам запирала диспетчерскую, я снёс вязанки вниз и уложил их в багажник. Спустившаяся за мной диспетчерша уселась на переднее сиденье и через минуту мы уже выезжали с территории автопредприятия.
По дороге мы почти не говорили. Не потому, что говорить было не о чем, а из-за того, что оба за день устали.
Как оказалось, жила Алла Сергеевна в монументальной трёхэтажке красного кирпича. Насколько мне известно, эти дома были возведены в первые послевоенные годы. И, что строили их пленные немцы. Наверное, потому и стоят они до сих пор нерушимо. И выглядят много пристойнее тех новостроек, которые выросли вокруг них в более позднее время.
К дому Черненко мы подъехали минут через двадцать. Достав еще днём припасённый свёрток с заднего сиденья, я вручил его приглашающей стороне и полез в багажник за связками с документацией. Поднявшись на второй этаж, мы вошли с Аллой в её квартиру. В коридоре мне были выданы тапки, после чего я по въевшейся в мозг милицейской привычке, сразу же пошел в ванную мыть руки. Пока длилась гигиеническая процедура, я осмотрелся. Из стоявшего на стеклянной полке прозрачного стакана одиноко торчала единственная зубная щетка. Из этой детали интерьера, как и из-за отсутствия на полу и трубе грязных или чистых мужских носков, я сделал нехитрый вывод. Что шансы на конструктивное сотрудничество с диспетчерской службой ПАТП у меня складываются неплохие.
Когда я вышел из ванной комнаты, кухонный стол уже был освобожден и застелен поверх скатерти клеёнкой. Заварочный чайник, сахарница и керамическое блюдо с яблоками перекочевали на широкий подоконник. Я опять огляделся. Ничего лишнего, ничего показного, но вполне уютно. Всё как у женщины, привыкшей к порядку. Которая живёт одна и не считает себя обязанной изображать примерную домовитость.
— Неси сюда! — приказала Алла. — Здесь смотреть будем! В комнату эту пыль тащить не хочу…
