Читаем Пост онлайн бесплатно
Смотреть на мертвых трудно, но деваться некуда. Лица у многих правда уже распухли и почернели, хотя и не так, наверное, как было бы на обычном воздухе: в ядовитом мареве и микробы дохнут. С каждым шагом у Егора убавляется уверенности в том, что он сможет узнать женщину, у которой забрал мобильник. Тут, залитые этим чертовым желе, люди стали похожи друг на друга — а Егор уже и не помнит особо, как она выглядела. Вроде бы среднего возраста, кажется, некрасивая. Сумочка была на цепочке — обмотана вокруг шеи. И все.
Окуляры противогаза запотели изнутри, хочется стащить его, плюнуть на стеклышки, растереть пальцем — известный способ; но снимать нельзя ни в коем случае. Резина и без того прилегает неплотно, Егор понимает это по головокружению. Долго тянуть нельзя, времени в обрез.
Он проходит по мосту столько, что и другой берег должен бы уже быть где-то совсем неподалеку, — а той женщины все нет. Несколько раз Егор приподнимает куски ткани, куртки, шапки, положенные поверх глаз, — нет, не она. Кажется, не она. Сумочки нет.
Тогда он решает дойти сразу до конца, оглядеть всех мертвых с наскока, а потом уже изучать их по отдельности — и поэтому мимо нужного ему тела пролетает. Пролетает, но застревает в нескольких метрах и возвращается.
Вот она.
Точно она.
Сумку сняли с нее и положили рядом, как будто в руки. Но след, там, где перекрученная цепочка врезалась в шею, остался. Ее глаза закрыты, черты исказились — но по ним все еще можно угадать, как она выглядела при жизни.
— Здравствуйте.
— Здравствуй, мальчик.
— Я вот по поводу вашего телефона.
— Да, я его потеряла. Ты не находил?
— Вот. Это ваш?
Играть в это жутко, но не играть в это еще жутче. Егор хочет остановиться, но язык сам молотит слова:
— Да, мой. Спасибо! Как хорошо, что ты его нашел. Только что-то я не могу его включить. Не поможешь?
— Запросто. Вот… Просто надо посмотреть в камеру. И… Глаза можете открыть?
— Зачем это? Я тебя и так вижу.
— Я… Черт. Это чтобы телефон разлочить.
— А кому ты будешь по нему звонить? Это ведь мертвый телефон, он для мертвых людей… А ты, кажется, живой пока. Не боишься?
Пальцы оскальзываются на вздутом лице, веки опухли, и Егор не знает, как их поднять.
— А если я не хочу просыпаться? Разбудишь ты меня — и что?
— Ой, ну хорош, блин! Свят-свят-свят-свят! Сатане и шах, и мат!
Наконец вроде бы получилось. Глаза у нее голубого цвета, смотрит она ими сквозь Егора в небо. Так. Он переводит дыхание и наставляет телефон на женщину, ловит ее глаза в камеру осторожно, как Персей ловит зеркальным щитом взгляд Горгоны медузы. Телефон молчит — и Егор осторожно, так чтобы самому не заглянуть в это зеркало, проверяет: сработало?
На экране надпись: не удается распознать Face ID. Попробуйте еще раз.
И Егор пробует еще раз — еще аккуратней, с еще большим почтением, затаив дыхание.
Не удается распознать… Никак не удается.
Третий раз… Последний. Сосредоточиться.
— Это ведь твой телефон, да? Ну! Ну помоги мне. Тебе-то он зачем?
— А тебе зачем?
— У меня за спиной — вот там — мой дом. Куча народу. И я… Ну, я боюсь, как бы с ними не произошло того же самого, что с вами тут. И я надеюсь, что в твоем телефоне найдется что-то такое, чтобы я все понял. Вот зачем. Помоги, ну⁈
От телефона исходит слабая вибрация.
Егор судорожно отдергивает его от ее лица, как будто боится, что клюнувшая удача сорвется с крючка… Переворачивает экраном к себе…
«Верификация с помощью Face ID не удалась. Введите код-пароль».
— Сука! Вот сука!
Егор не выдерживает и пинает лежащую перед ним женщину — огромную каучуковую куклу. Она закоченела, окостеневшая плоть сопротивляется ему, и удар ощущается как-то неправильно, как-то леденяще неправильно. Он оглядывается — никто не видел?
— Бля… Прости. Реально.
— Ничего, ничего. Ничего, мальчик. Сначала ты меня, а потом я тебя. Это ты ведь спешишь. Я-то… Я подожду сколько надо.
Егор хочется сбежать, но он заставляет себя сесть рядом. Берет ее сумку, выворачивает ее. В коде шесть цифр. Может же в ее сумке найтись какой-нибудь намек? Может, записала на бумажке… Или…
— Ха… Это тебе надо спешить. Вон, гляди, ты вся поехала уже… Чернеешь…
— А давай-ка поспорим с тобой, кто дольше протянет?
— Иди в жопу, теть! Не буду я с тобой спорить!
Егор перебирает какую-то женскую чепуху: помаду, пудреницу, ключи. Паспорт. Паспорт.
— Тебе кто в сумку ко мне лезть разрешал? Ты соврал мне, так, выходит?
— Мне для дела! Я объяснял же!
Кострова Надежда Павловна, 1986 года рождения. Не такая уж и старая, оказывается. День рождения 29 февраля… Вот это фокус. Повезло тебе, Надежда Павловна, ничего не скажешь.
Фокус.
Егор застывает на несколько секунд, потом осторожно набирает на телефоне: 29 02 86. Такие цифры, которые захочешь — не забудешь. Свой день рождения!
— Твой день рождения, да?
Неверный код-пароль. Ну а что тогда, что⁈
Кроме паспорта, никаких бумажек в телефоне нет. Егор в ступоре принимается листать странички — пальцы в толстой резине слушаются плохо, страницы склеились и разделяются нехотя. Прописана была в Екатеринбурге. Да, издалека ты причапала.
