Читаем Знак леопарда онлайн бесплатно
Со двора донесся шум. Под тусклым фонарем пьяный дворник Федосей, поскользнувшись, рассыпал охапку дров, которую услужливо помогал тащить толстой горничной полковника Григорьева. Горничная бросилась собирать дрова, но игривый дворник, облапив девицу, увлек ее в сугроб. Адвокат с минуту наблюдал, как они возятся в снегу. И вдруг перед глазами промелькнула непонятно откуда взявшаяся картина: высокая, выжженная солнцем трава раздвинулась, и пятнистый царственный зверь возник точно из-под земли. Полуденная жара заставляла его тяжело дышать. Оглядевшись, зверь неторопливо двинулся вперед. Каждое движение его было преисполнено ленивой грации и могучей силы. Он словно струился по траве гибким мускулистым телом, под янтарной пятнистой шкурой ходили лопатки, лапы, изогнувшись, неслышно ступали. Миг — и видение исчезло, оставив в мозгу какой-то беспокойный зуд. За окном дворник Федосей, собрав рассыпанную ношу, поспешил за своей дамой сердца. Кошка Лушка, потянувшись, спрыгнула с ларя и, точно копируя маленьким телом хищную повадку своих грозных сородичей, направилась к печке. В передней раздался звонок.
Красовский, открыв дверь, увидел на пороге Саблина, он сиял, как лампочка Эдисона. Упершись руками в дверную притолоку, заявил:
— Мой вес, господин Красовский, составляет без малого восемь пудов.
— К чему, скажите, мне такие подробности?
— Именно столько потребуется вам материала, чтобы отлить мне памятник в бронзе и установить его у подъезда гостиницы Теодориди!
— Я закажу вам памятник в виде микеланджеловского Давида. Думаю, что вы будете смотреться наиболее впечатляюще.
Саблин смерил друга испепеляющим взглядом и без всякой связи с только что сказанным изрек:
— Ежели кто-нибудь только заявит при мне, что Бога нет, — я набью ему морду.
Александр прошел в столовую, достал из буфета курицу, сардины, сыр и бутылку вина. Пока Саблин ужинал, он, пригорюнившись, сидел напротив. Когда Валентин, закончив трапезу, потянулся за папиросой, Красовский кинул пробный шар:
— Итак?
— Итак, Сашенька, — Саблин мечтательно выпустил первые дымовые кольца, — есть такой Макар Корзинкин, столичный извозчик номер сто пятнадцать, переживший шестого октября величайшую драму своей жизни — смерть престарелой кобылы, павшей от непосильного труда на камни булыжной мостовой…
— Начало в духе Достоевского. И?
— И вот. День этот Корзинкин запомнил на всю жизнь. Все события, предшествующие трагедии, ярко запечатлелись в его безутешном мозгу. Как обычно, к одиннадцати часам Корзинкин, которому не везло с седоками, подъехал к Варшавскому вокзалу, ожидая прибытия ежедневного южного экспресса. Спустя некоторое время его нанял высокий загорелый брюнет с усами, одетый в серое дорожное пальто. Сей господин — не петербуржец, а у извозчиков на это глаз наметанный, — погрузил в пролетку чемодан и приказал ехать в гостиницу. «В „Асторию“ или в „Савой“ прикажете, барин?» — уточнил Корзинкин. «Нет, братец, вези в Малый проезд, в гостиницу Теодориди, там у меня назначена встреча».
— Что ты сказал, Валька? Повтори!
— У Дезирелли была назначена встреча именно в гостинице Теодориди.
— Но как тебе удалось найти этого Корзинкина?!
Саблин хищно потянулся.
— В Одессе я сделал бы это быстрей. Все-таки Петербург слишком большой город! Я, пожалуй, на месте градоначальника сократил бы численность уличного транспорта наполовину. За четыре дня я проездил шестьдесят целковых и катался с сорока девятью извозчиками. Благослови Бог ту кроткую кобылу, которая догадалась помереть в нужное для нас время.
— Выходит, Дезирелли должен был встретиться в гостинице с кем-то, кому не слишком доверял? Потому-то он и написал мне?
— Возможно. Вероятно, и гостиница выбрана не случайно. Сам говорил: местечко тихое, прислуге до постояльцев дела нет, проникнуть можно без хлопот, никто и не почешется.
— А следы леопарда?
Саблин прищурился:
— Как-то несолидно для всесильного грозного духа городить этакий огород: встреча, гостиница. Что ему стоит махнуть да и покарать дерзкого в Одессе? Нет, надо это сделать именно в столице, не отходя, как говорят, от кассы.
— Да, но в Ялту он отлучался!
— Ялта! Ялта эта из головы у меня не идет! — вспыхнул Саблин. — Вот Ялта и портит все дело.
Красовский сосредоточенно думал.
— Значит, Валенька, будем проверять, что делал князь Гагарин?
Саблин ухмыльнулся.
— Собственно, неплохо было бы познакомиться с мадемуазель Агриппиной.
— С гадалкой? — Адвокат вскочил. — Пожалуй, я знаю, кто нас с ней познакомит!
Не откладывая дела в долгий ящик, он ринулся в кабинет и сорвал телефонную трубку.
— Барышня! Номер шестьсот пять два нуля, пожалуйста!
В трубке щелкнуло, запульсировали густые басовитые сигналы.
— Алло! Я вас слушаю! — откликнулось бархатное контральто.
— Зоя! Добрый вечер! Наконец-то я вас поймал! Где вы пропадали?
— Это вы где пропадали, негодный мальчик! Я звонила несколько раз, но ваш филин Степан бормотал что-то невразумительное.
— Ах, прелесть моя, дела проклятые! Обрушились как снег на голову, к тому же Боря дезертировал в Париж — один я остался!
