Читаем Знак леопарда онлайн бесплатно
— Александр Георгич, это клад! Кстати, его старший брат Владимир был близким другом покойного Александра Орлова![7] — Яблочкин многозначительно подмигнул адвокату. — Орлов, как командир Уланского Ее Величества полка, взял младшего Гагарина под свое крыло. Можно сказать, что милейший князь совсем не служил, а только числился в полку. В основном играл на бегах, путешествовал, года три назад увлекся авиацией. Его знает ваш земляк мсье Уточкин. Но в авиации надо служить! А у Гагарина нет на это времени. Поэтому на Гатчинском военном аэродроме он редкий гость. Летает под облаками в основном на словах. Когда разразился скандал с Орловым, после его удаления тихо стали избавляться от других. Князь Владимир получил назначение в Персию, а ловкий Николь исхлопотал себе долгосрочный отпуск и пристроился к одной африканской экспедиции, кажется в Дагомею. Кстати, вы спрашивали о Монго, они с князем — друзья детства. В экспедицию князя наверняка увлек Монго, ему хоть к черту на рога — лишь бы была хорошая охота! Гагарин вернулся в мае, живет в Царском, где расквартирован его полк. Сейчас он занят устройством своих личных дел. Известно, что скоро будет объявлено о его помолвке с графиней Стенбок-Фермор. Мамочка моя! Вы бы видели ее, Александр Георгич! Зубы вставные, смех как у гиены! Зато сказочно богата. А братья Гагарины, лишенные высочайшей поддержки, поиздержались. Вот и приходится тридцатилетнему щеголю совать голову в пасть старой змеи!
— Арнольд, послушайте, только это должно остаться между нами, — сказал Красовский, беря репортера за плечо. — Один мой старый клиент просил меня стать поверенным в его деле.
— Бракоразводном?
— Как вы угадали?
— Когда адвокат спрашивает прессу о таких господах, как Гагарин и Монго, какие дела он может иметь в виду?
— Итак, вы правы. Клиенту необходимо знать… были они в Петербурге шестого и седьмого октября?
— Ради вас, Александр Георгич, я это узнаю. При одном условии…
— Он согласен на любые условия. И еще: где чаще всего их можно встретить, так сказать, нечаянно?
Яблочкин взлохматил рыжие вихры.
— Чаще всего в трех местах: в «Бродячей собаке» на Михайловской, у Кюба или в салоне графини Стенбок-Фермор. А теперь условие: если в связи с вашим делом все же разразится скандал, оставляю за собой право на интервью с его жертвами и вами, дорогой Александр Георгич!
— Обещаю вам это.
Утром Красовский заехал в 3-й полицейский участок Александро-Невской части, надеясь узнать мнение столичной полиции по делу Дезирелли. Беседовал с ним тот самый частный пристав, который приезжал в гостиницу Теодориди в день убийства. Ничего нового он адвокату не сообщил, а может, просто не захотел говорить. Да, полиция занимается делом господина Дезирелли. Да, ведется проверка столичных психиатрических клиник и приютов. Да, имеется версия, что Дезирелли стал жертвой опасного душевнобольного. За последнее время из больниц было совершено несколько побегов. К сожалению, никаких положительных результатов пока не получено. Когда они будут? Господин адвокат знает, что розыск преступника имеет свою профессиональную специфику. Да, да, вам сообщат, если что-то прояснится. «Так, ежели мы с Валькой сделаем ему заявление, что связываем убийство Дезирелли с его африканскими приключениями и каким-то зверобогом — леопардом, милейший чиновник сочтет именно нас сумасшедшими (за что его и упрекнуть грешно) и я стану для него подозреваемым номер один».
За порогом учреждения Красовского уже караулил шумный столичный день. В городе хозяйничала ранняя зима. По улицам, меся подтаявший желтый снег, вереницей катили извозчики. Сверкая зеркальными стеклами, грохотали на крутом вираже лихие новые трамваи. Усатые дворники деловито скалывали первый ледок с тротуара, посыпая опасные места песком. Из печных труб устремлялись в голубое студеное небо столбики дыма. Среди городского шума удивительно четко выделялось хриплое карканье ворон, жавшихся поближе к теплым трубам.
Красовский поехал за покупками в Гостиный двор. Там под низкими желтыми сводами ворковали жирные голуби, а из угловых ниш с больших икон в золоченых окладах, освещенные неугасимыми лампадами, снисходительно и кротко смотрели на шумную торговую суету древние святые. Нагрузившись пакетами, адвокат еле протиснулся через толпу к выходу. Он обратил внимание на аляпистый плакат, налепленный на круглую тумбу объявлений. «С 1 ноября ежедневно открыт для посещений зверинец г. Клауса Гутмана. Имеются для обозрения досточтимой публики самые редкие колониальные животные: носороги, страусы, львы, крокодилы, леопарды». Внизу плаката был намалеван оранжевый гривастый лев в лихо заломленном цилиндре. Поколебавшись, Красовский подозвал шустрого мальчишку-рассыльного и вручил ему покупки, записав на карточке свой адрес. «Собственно, у меня все равно есть свободное время».
