Читаем Небудущее онлайн бесплатно

Теперь они сидели за столом и пили не крепкое или пузырчатое, что так звенело сзади в машине, а воду в пластике, который сохранил прохладу автомобильного кондиционера.

– Он знает? – невпопад спросил археолог.

– Нет, зачем? Чёрт, опять забыл его имя, – ответил беззубый татарин, не обращая внимания, что забытый Фраерман сидит напротив. – Сюрпризы разнообразят жизнь.

– Нет, так не годится. – Харитонов покачал головой. – Как же он будет тянуть цепь?

– А, ну-ну, – замычал геолог нечленораздельно, и только тогда Фраерман понял, что это говорят о нём.

– Смотрите. – Не вставая, Беззубый ткнул в стену, где на одинаковых по масштабу картах умирало и возрождалось море. Издалека это было похоже на моргающий глаз. – Вам никогда не казалось, что это слишком правильная окружность? Нет, не сейчас, а тогда, в прошлом? Тут гипсы, тут мирабилиты, у них ровные слои… Наши зелёные братья в чём-то правы, Земля – это единый механизм, отточенный и слаженный, как часы.

– Или просто часы, – добавил археолог.

– С далеко видным циферблатом, – продолжил беззубый знаток регрессий и депрессий. – Механизм которых начинает циклическую работу, делает её и останавливается. А потом запускается снова, если открыть клапан. Будто песочные часы, которые переворачивают, – и время снова начинает течь. Время вообще очень похоже на воду, похоже оно и на песок. Наверняка об этом кто-то писал, а?

– Я не специалист, – сглотнул Фраерман.

– А в чём же вы специалист?

– В инвестициях.

– Так это ещё лучше! – оживились оба бога пустыни. – Тогда вам будет ещё понятнее: деньги очень похожи на воду. Ну и на время, конечно. Про пульсацию времени, то есть нашего моря, писали многие – китайцы две тысячи лет назад и греки, сообщавшие о загадке Окситанских болот. Это могли пропустить мимо ушей только наши унылые ирригаторы. Нет, испортили они много, но до настоящего механизма добраться не могли.

– А кто добрался?

– Мы. Знаете, о специалист по инвестициям, как сладко ощущать своё предназначение?

«Ну да, – подумал Фраерман, – в этих местах фраза „передать соль“ приобретает какой-то новый смысл. Только кажется, что эти двое нанюхались другой соли».

– Ну и вы нам помогли, – продолжил его собеседник. – Ну не вы, конечно, сами, а вся эта геологическая разведка на деньги Консорциума. Пойди найди без неё точку слива. Кстати, и вода у вас очень вкусная, да и машина отличная.

– Знаете, коллега, – татарин обернулся к русскому, – смешно ощущать себя настоящим антропогенным фактором. Армии, разрушающие плотины, другие армии рабов, что строили каналы, – всё это утомительное мельтешение ничто по сравнению с работой вечного часового механизма.

– Ну, посидели, пора и честь знать, – прервал его археолог, посмотрев на часы.

Он оглядел внутренность домика, будто прощаясь с ним, и повёл гостей к руинам.

Современное колесо было уже насажено сверху на древний каменный шестигранник. Трое экспедиционных рабочих встали у рукоятей, археолог и геологический человек схватились за две другие.

– Что стоите, хватайтесь! – прикрикнул на Фраермана беззубый, но прикрикнул весело, будто один мальчик звал другого есть именинный торт.

Фраерману тоже вдруг стало весело. Что он тут делает? Он не смог бы ответить, кажется, он забыл свою прошлую жизнь, осталась только соль, выгоревшее небо и рукоятка колеса.

Они налегли.

Колесо скрипнуло, дёрнуло из земли цепь, покрытую солью, что-то рядом сдвинулось и заскрежетало.

Они будто отодвинули огромную крышку колодца, которая держалась на цепи, как затычка в ванне.

Фраерман услышал гул – это выходил наружу воздух.

Люди столпились у края бездны. Оттуда веяло прохладой и чем-то затхлым.

Где-то далеко внизу, в черноте, колыхалось зеркало воды – оно больше угадывалось по бликам. Фраерман всмотрелся в это зеркало и с удивлением заметил, что оно быстро поднимается.

Заждавшаяся своего часа вода начинала движение обратно вверх, и оно убыстрялось с каждой секундой.

– Ну вот, – удовлетворённо заметил беззубый. – Теперь уже суетиться нечего. Началось.

– К тебе приходила Смерть, – сказала Лена.

– И что говорит? – Я начал снимать ботинки. – Велела что-нибудь передать?

– Да нет, ничего. Ты же знаешь, как у них сейчас.

– Сейчас так у всех. Кризис, неразбериха.

Шнурок затянулся на случайный узел.

Надо было ехать на дачу, там повалился забор, но какая дача, когда такие гости!

Дома было тепло, даже душно, и пахло жареной рыбой. Дочь прошла в туалет, гордая, как пленный подпольщик, а я всё возился со шнурком.