Читаем Идеалистки онлайн бесплатно
Оказалось, что главный подъезд не таился в глубине внутреннего двора, а был расположен за углом и выходил на соседнюю улицу, хоть и отделялся от нее широкой аллеей. У крыльца уже собралось, видимо, около сотни девочек с их родителями, няньками и гувернантками… Это была очень пестрая толпа, пестрая не только по одежде, но и по проглядывавшимся уже сейчас характерам и привычкам… Даже на само здание института ожидавшие на крыльце смотрели по-разному. Скромно одетые девочки, многие из которых, видимо, приехали из глухой провинции, смущались при виде такого большого и «официального» дома. Нарядные – те, кто, как и Алечка, наверняка ожидали попасть в такой же роскошный дворец – и не старались скрывать своего разочарования…
Тоня уже оторвалась от нас и побежала внутрь, к своим подругам… А нас, поступающих, через полчаса пригласили войти и повели в зал, единственное подходящее помещение, которое только могло всех вместить…
Если коридоры казались аскетичными – светлыми из-за огромных остекленных деверей, но ничем не украшенными, то зал оказался роскошным. Были в нем, конечно, и колонны с пышными капителями, и лепной потолок, и огромные хрустальные люстры, и набранный узорами, а не просто уложенный «елочкой» паркет. По внутренним стенам были развешаны портреты императоров и императриц, знакомые мне по журналам. А несколько важных дам в пышных старинных одеждах с других картин потом оказались прежними начальницами института.
Обычно, когда зал служил приемной для родительских посещений, там стояли мягкие диваны и кресла… Но в тот день вместо них в зал стащили парты, а на возвышении, устроенном для концертных выступлений, поставили длинный стол, за который сели начальница, инспектриса, институтский священник и несколько учителей – все те, кто должен был нас экзаменовать. Позади стола поставили и классные доски…
Конечно, перед началом нового учебного года мы видели в магазинах уже много детей в сопровождении родителей, нянек и гувернанток. И вроде бы ничем не должно было выделяться это шедшее нам навстречу богатое семейство – разве что многочисленной свитой.
Мы увидели трех девочек нашего возраста. Две из них сразу напомнили мне только что увиденных в игрушечной лавке куколок «Mingonette» - такая же словно фарфоровая кожа, по-взрослому ухоженные тонкие руки, тщательно собранные в сложные прически длинные каштановые локоны и пышные ресницы, обрамляющие светлые глаза.
Сразу было видно: эти сестрички – а они явно сестры! – такие же «благовоспитанные» девочки, как Пестровы… Или скорее – такими, какими, наверное, «маменька» хотела бы видеть дочек. Лица у их были красивыми по-кукольному, а платья на них в будний день были надеты похожие на наши праздничные наряды.
Третья девочка была тоже пышно одета, но не отличалась смазливостью своих юных спутниц. Все в ней казалось проще, и прямые волосы какого-то невнятного серовато-русого цвета были заплетены в две жиденькие косички.
Ее крепко держала за руку женщина средних лет, плотно сложенная и одетая в подчеркнуто строгое темное платье. Ясное дело – гувернантка, и не менее ясное, что злющая! Сестричек вели две дамы, отличавшиеся такой же аристократической внешностью и такими же сложными прическами – у одной из каштановых, а у другой – из пепельных волос. Их наряды были тоже скромны на первый взгляд, но это была совершенно другая, богатая скромность!
Сбоку эту четверку сопровождала белокурая девушка чуть старше нашей Ани на вид, и так же, как и наша юная тетя, одетая в белую блузку с кружевной кокеткой и пышными рукавами. Сзади за хозяевами спешили слуги – молодая женщина и мужчина средних лет, одетые в обычную домашнюю форму и нагруженные коробками, свертками и кулечками.
Едва мы наконец поравнялись, как две нарядные сестрички чему-то очень удивились, обрадовались – и чуть ли не запрыгали на месте.
- Ой! Это же вы! Вы! Тоже! Сдавали экзамен! В институте!
В институте? Что же – мы их уже видели? Может, они и были, конечно, среди всей той галдящей детской толпы… Но разве я могла их помнить?
- Maman! Tante Sophie! – слышались возгласы, - Это же они!
К моему удивлению, матерью девочек оказалась светловолосая дама, а не шатенка, бывшая, видимо, этой тетей Sophie. Они немного отчитали своих подопечных за несдержанность, но позволили нам познакомиться.
Это было семейство князя Ланевского – конечно, представителя высшей петербургской аристократии. Юные княжны, бывшие почти одинакового роста, оказались не погодками – младшей, Леночке, было девять лет, а старшей – уже двенадцать. Она была Александрой – но в семье ее звали тогда Алей, как и нашу Алечку – Алевтину.
Оказалось, что третья девочка – та, которую по-прежнему крепко держала за руку суровая гувернантка – была нетитулованной племянницей князя с простой, неаристократичной фамилией Кленова. Звали ее Олей, и ей было десять лет… Вот только, видимо, из-за особенностей воспитания она одновременно казалась и маленькой послушной девочкой, и взрослой «правильной», но скучной тетенькой.
