Читаем Идеалистки онлайн бесплатно
…Иногда духом такой «примерности» и таким соперничеством «заражались» и те девочки, которые ни по положению семьи, ни по своим настоящим способностям вовсе в этом не нуждался... Иных воспитывали так с раннего детства, подобно Оле Кленовой, кузине Ланевских. Здесь мне тоже казалось странным, почему надо было держать в такой строгости племянницу аристократического семейства...
Но было немало и классных дам, похожих на Олину домашнюю наставницу. Как назло, скапливались они все больше в параллельных отделениях, и не оставляли своим подопечным никакой надежды на увлекательное будущее.
Я увидела как-то одну из таких дам, отбиравшую у своих «седьмушек» яркую толстую книжку со словами негодования:
- Нечего вам тут мечтаниям предаваться! Не будет у вас своих семей! Другим служить будете!
- А Вам нечего завидовать! – не сдержалась я. Конечно, меня тут же потащили к начальнице, но хуже выговоров и наказаний казалась тогда невозможность изменить наши порядки и избавить институт от таких «воспитательниц». Там, в «апартаментах», наставница «седьмушек» вышла из себя, когда я ответила утвердительно на вопрос, хочу ли получить потом высшее образование, и гневно выкрикнула:
- Вот все, все из-за таких, как Вы!
* * *
…В младших классах таких «примерных девочек» вполне официально называли «парфетками». Зато никакого названия в ту пору еще не имела та большая группа, к которой принадлежали, несомненно, самые яркие и выдающиеся личности. И кружок Лизы Русаковой в полном составе, и мы с Милей, тянувшиеся также к нему, и Юля-«Волчонок», все же державшаяся особняком, и кое-кто из другого дортуара…
«Девочки, у нас возникло много непредвиденных обстоятельств. Взять вас на лето мы не сможем. Сама я приеду в Петербург на несколько дней к Тониному выпуску и тогда навещу вас…»
Конечно, никто из нас, четверых уроженок Кружевниц, не рад был получению этого письма от Аделаиды Николаевны. Не побывать у себя дома! Не увидится с отцом, не повозиться с младшими сестренками, не повеселиться с родными старшими братьями… И верно - не наговориться вволю со сводным.
А еще остаться в институте на лето было совсем не то же, что остаться на Рождество или на Пасху! В тех случаях нам предстояла бы сперва подготовка к праздникам, а потом балы, театральные представления и выезды в город. А лето? Уедут на дачи учителя, закроется и наша скромная библиотека. Удастся ли нам найти себе занятия на месяцы? Или Звонарева заставит нас заниматься вышивкой с утра до ночи?
И потом, если на короткие каникулы оставались многие девочки из глухой провинции, то на летние – разве что круглые сироты, не имевшие опекунов. А так как «основные» отделения по неписаным законам не «водились» с «сиротскими», то даже общаться нам становилось не с кем!
Миля, конечно, охотно пригласила бы нас всех к себе на Кавказ… Но нетрудно было догадаться, что «маменьке» такое путешествие покажется слишком опасным!
- Что же это за «обстоятельства» у нас дома? – спрашивали мы с Алечкой у нее, приехавшей к нам в приемный день, когда мы вернулись с гуляний в честь двухсотлетнего юбилея Петербурга.
- Только наши взрослые споры по земле, девочки… Вам в этом разбираться совсем необязательно! Но дома у нас все хорошо!
Конечно, я была рада, что «все хорошо», но не очень-то поверила в «споры по земле». Может ли для нас быть «необязательным» разбираться в том, почему мы же не можем поехать домой на лето? Почему эти споры не касаются Тони? Да, она выпускница, и ее в любом случае нужно будет забрать из института… Но тогда я скорее могла поверить, что взрослые просто не хотят наших встреч с Арсением. Как же нам все-таки быть? А если…
- Скажите, Аделаида Николаевна… Вот вы же сейчас все равно в Петербурге… Разве тут не получится похлопотать… Чтобы то, что мы с Арсением, как вы говорили, в духовном родстве…
- Ты все еще настаиваешь на этой свадьбе?
- Что значит «настаиваю»? Я люблю вашего сына… И потому, что люблю, как раз и хочу выйти замуж за него!
- Конечно, Женя… Ты умеешь настоят на своем! Но первая любовь не всегда приносит счастье... Ты уверена, что потом не разочаруешься?
- Пожалуй… Надеюсь, что нет…
- Надеешься – значит, не уверена. Ладно, я попробую обратиться, к кому следует, но прежде еще раз подумай, надо ли это тебе сейчас… И Арсению я уже не раз говорила и писала, чтобы он как следует подумал…
В этот момент Аделаиду Николаевну отозвала к себе нарядно одетая полная дама с вычурной прической из золотых волос – мать Лизы Русаковой, которую мы, конечно, раньше видели в институте и хорошо знали по фотографиям. А потом – перехватил князь Юрий Николаевич Ланевский, отец Али и Лены... По очереди они оба пытались что-то втолковать «маменьке».
- Что у них нам происходит? – спросила я у Лизы.
- Сама как раз хотела первая вам сказать! Родители у меня тебя уже хорошо знают, Женя. Ты говорила, что вы с сестрами домой на это лето поехать не сумеете… Так что они и вас с Машей, и Алю с Асей к себе приглашают.
- А ты?
