Читаем Идеалистки онлайн бесплатно
…Остаток того учебного дня прошел мирно. По рассказам одноклассниц, Соловьева за время нашего отсутствия убедилась во всех недостатках нашей словесницы и даже приписала ей большее. И все же, пообещав нам «во всем разобраться» вместе с начальницей и инспектором, она, конечно, не могла не потребовать от нас больше не «закатывать бенефисов» и опять же не присваивать кличек учителям.
Миновал урок любимой нами географии. На последовавшем за ней чистописании нам с Цесаркиной пришлось рассказать Марте Германовне о назначенном нам наказании – но, к нашему удивлению, она не стала добавлять к нему низшую оценку за поведение и даже не стерла меня с красной доски, о которой я сама уже даже забыла.
Мы успели еще в тот же день позаниматься музыкой и рукоделием, и вроде должна была сама собой прекратиться та невинная на первый взгляд стычка между мной и Аней. Но когда вечером мы поднялись в дортуар, я решила спрятать понадежнее тетрадку со своей «сказкой». Села на четвереньки возле тумбочки - и в ту же секунду кто-то подбежал сзади – и набросил на меня плотное, хотя и тонкое казенное одеяло… Оно накрыло меня с головой, но не стоило большого труда догадаться, кто только и может в нашем дортуаре так забавляться!
- Что ты делаешь?!? – крикнула я Цесаркиной, - Это несмешно даже! Перестань!
- Не перестану! – ответила эта «маленькая разбойница», - Испугалась, да? И поделом! Предательница!
«Предательница? Почему? – пронеслось тут у меня в голове, - Я же никого не выдавала? Напротив, все на себя брала… Или она думает, что я действительно выставила ее виноватой перед инспектрисой? И… Что же… Она теперь хочет «накрыть» меня по-настоящему? Уже «накрыла»? И теперь бить собирается?»
В своем «домашнем» детстве я, конечно, не раз дралась с братьями, а бывало, что и с другими мальчишками. Но чтобы с девочками… Даже с Люсей Воробьевой у меня ни разу не было «настоящих» стычек, что уж говорить о Пестровых! Что бы устроила Аделаида Николаевна, если бы я даже легонько толкнула кого-нибудь из ее дочек! И теперь… Цесаркина была явно сильнее «благовоспитанных» созданий, и все-таки я вполне могла выйти победительницей – но не исключат ли меня за драку совсем? И не устроит ли мне, в этом случае, дома «маменька» такую же «веселую жизнь», какую устроили за побег и цирк моей противнице? Или не отдаст ли куда-нибудь еще похуже этого института?
Так я раздумывала – и тут вовремя сообразила, что бить меня моя гонительница отчего-то не спешит. Возможно, ей нужны были сообщницы, а для этого следовало созвать больше обитательниц дортуара и при всех объявить мне «приговор»… Меня «накрыли», но не держали – и я сбросила с себя одеяло, гневно возразив:
- Я не предательница! Я никого не выдавала!
Только эти мои слова, как оказалось, привлекли внимание большинства девочек к происходящему. Но, к огромному счастью для меня, все мне сразу поверили – и тут же затвердили сами, что я «не виновата» и «не выдавала», и «не за что» меня «накрывать» и бить…
- Как это не виновата? «Не выдавала»! – надрывалась Цесаркина, - Да! Но все равно нам все испортила! Ты… Ты что хотела? Чтобы ее у нас оставили?
- Нет, я просто хотела… Чтобы все было справедливо!
- Как же справедливо, если она останется… и нас снова наказывать будут?
- Подождите… Может, еще ведь и не останется! – вступились тут девочки из «русаковского» кружка. Хоть и с трудом, но им удалось убедить Аню хотя бы отложить все это до следующего русского урока… Но наша «mauvais sujets» вовсе не собиралась сдаваться так просто. И теперь уже у нее получилось «поймать на крючок» всех нас…
- Хорошо, - заключила она, но тут же выдвинула мне новое обвинение… Такое, которое тот человек, которым я стремилась быть, никак не мог снести!
- Женя… А признайся! Ты же испугалась…
Да, увы! Я испугалась – но не боли, как думала противница. Да, пожалуй, и не только исключения из института за драку! Боялась, что другие девочки все-таки признают правоту моей противницы – и я превращусь в классе в изгоя, стану врагом тех, кого бы на самом деле хотела видеть подругами… Но, конечно, признаваться во всем этом было невозможно! И оставалось ответить только:
- Да ничуть!
- Нет, испугалась, испугалась! А может… Может, ты темноты боишься?
Я не думала, чего она хочет, и вновь возразила:
- Вовсе даже не боюсь! Не маленькая…
Слушавшие наш спор соседки по дортуару опять одобрительно зашумели, не подозревая, какой окажется общая расплата за невольное хвастовство.
* * *
…Да! Ближайшую ночь мы всемером – я с Юлей-«Волчонком» и всеми девочками «русаковского» кружка – должны были просидеть в темном коридоре четвертого этажа. Без какой-то определенной цели, без того, чтобы разгадать какую-нибудь мистическую тайну института, что потом не раз повторят героини Чарской… Но рискуя попасться на глаза кому-то из случайных взрослых. И ради чего все это? Ради, того, чтобы доказать свою храбрость!
