Читаем Идеалистки онлайн бесплатно
- Об этом товариществе можно долго спорить… Но мимоходом и другие мотивы есть… На первых же страницах заглавный герой встречает сыновей – и ругает науки, которым они учились! У него прилежный ученик бурсы Андрий становится предателем, а сбегавший с уроков Остап героем!
- Что-то в этом, конечно, есть… Но не делать же ровно наоборот! – доказывал Кайсаров, - Никому не понравится герой, безупречный во всем… И Вы, Ваше сиятельство… Вы же не будете отрицать то множество проблем, которое накопилось в нашей русской школе!
- Верно, не буду! Вы совершено правы в том, что и мы, педагоги, много раз бывали виноваты, когда затевали противостояние с учениками по пустякам! И я сам вовсе не безгрешен! Но все же есть разница – показывать проблемы, о которых вы говорите… Конфликты с отдельными учителями… Это естественно! Но не очернять старательную учебу как таковую! И не становиться бездумно на сторону толпы!
…Но все же, что делать с бесконечными «бенефисами», пока оставалось неясным, и единственно, к чему привело это спонтанное собрание «прогрессивной педагогической общественности», о котором мы узнали после выпуска - к тому, что наш словесник «от греха подальше» предпочел не «разбирать» с нами «Тараса Бульбу» среди других произведений Гоголя.
* * *
…Мы, выпускницы, со стороны могли показаться кому благоразумными, а кому – омерзительно расчетливыми. Кто-то не учил «принципиально» теперь географии, кто-то – Закона Божия или какого-то другого предмета – но не устраивалось никаких «бенефисов». Не то чтобы мы считали себя слишком взрослыми и умными, чтобы бунтовать «вообще» - просто не видели проблем, которые мы могли бы решить бунтом... Даром, что именно у нас, выпускниц, форменные платья были темно-красными!
…Одно происшествие сменяло другое – и, пожалуй, должна была остаться в далеком прошлом так и не состоявшаяся дуэль между нашим преподавателем и Андреем Юрьевичем. Узнал ли когда-нибудь молодой князь Ланевский о том, кому он обязан неспособными стрелять пистолетами?
Вот от нашей начальницы эта история не смогла укрыться. Мы с Милей были как раз в комнатах Дарьи Алексеевны, когда Анненкова лично пришла к нам благодарить за спасение сына. Она не относилась к «дворянской чести» по-мужски – но, хорошо зная эти законы, была уверена в своем собственном бессилии. «Мы, женщины, сами в дуэлях не участвуем, - подумала я, - так может быть, поэтому и могло только сложиться другое мнение о них? Но… Если это и впрямь лишь старый варварский пережиток… Есть ли другой способ? Ведь нет же… Иначе бы и мой отец не сожалел, что ненавистный ему сосед Пахомов не имеет дворянства и потому не может быть вызван!»
- Но ведь мы на самом деле в первую очередь… - призналась подруга.
-…спасали Вашего жениха? Я прекрасно это понимаю! Но это вовсе не принижает того, что Вы сделали! И… если бы только все наши воспитанницы были так же благоразумны, как Вы, Вальтер! Нам бы даже теперь было намного легче справляться со всеми испытаниями! А были бы благоразумны не только воспитанницы… Что говорить! Мне же еще когда-то казалось… что я пришла в наш институт в непростые времена! Казалось, что это сложно – разбираться, чему в первую очередь стоит учить современниц и к какой жизни готовить! И ведь как будто со всеми вызовами справлялись! Мы и наводнение пережили, но… Переживем ли еще ЭТУ бурю? Тут ведь словно уже ни в чем нельзя быть уверенной – ни на службе, ни в семье! И на кого положиться? Ждешь удара с одной стороны, а получаешь с другой! Да разве к такой «настоящей жизни» мы должны вас готовить?
…Сложно было поверить, что девочки «русаковского» кружка смирятся с новой неудачей и не попытаются помочь ровесницам, и что теперь в этом с ними не станет соперничать второй дортуар. Но вскоре нам вновь пришлось забыть о неумолимо приближающемся собственном выпуске, когда-то долгожданном, а теперь тревожном… Может быть, кто-то даже остался бы тогда в институте на год-другой – лишь бы не прилежными проводницами нынешних порядков, а вдохновительницами перемен к лучшему… Как нам хотелось верить, что уж в стенах нашего «песочного замка» эти перемены состоятся без кровопролития! Или все же просто не хотелось расставаться с детством?
Мы спускались всем классом со второго этажа, где занимались музыкой, в столовую, когда вдруг замешкались на ступеньках… Сначала прямо к задним парам съехала по перилам наша давняя маленькая знакомая Тася Кречетова, а вот Полине Стрельницкой… Нет, ей невероятно повезло оказаться в тот момент не на парадной лестнице с широким пролетом, а на узкой церковной! Иначе никто не смог бы перехватить ее на соседнем марше…
И мне даже толком не удалось понять, что произошло. Помню, как на нас опрокинулось что-то очень большое и тяжелое, оттягивая руки, как я в следующую же секунду споткнулась в толпе, как налетела сначала боком, а потом грудью на перила… и больше ничего.
* * *
