Читаем Идеалистки онлайн бесплатно
Я обнаружила, что невольно попала в «модные типы». Что желание поступить на какие-либо высшие женские курсы после института очень распространено – и в наше время тут куда меньше протеста против всего мира, да и выглядеть «синим чулком» образованной девушке вовсе не обязательно... Теперь «серьезным» считалось чтение не только научно-популярных, но и доступных нам общественно-политических статей – и, кстати, мы узнавали из них, сколько уже сделала не только для «медичек», но и для всех образованных девушек Александра Анатольевна, сколько лечебниц и благотворительных обществ она основала. Мы решили, что и преподавание в нашем институте для нее тоже было родом общественной деятельности, а значит, добросовестно заниматься анатомией нам нужно хотя бы из уважения к неординарному человеку…
Велись «философские» разговоры, строились еще очень наивные идеи и планы того, как изменить всю окружающую жизнь к лучшему… Да, мы знали эту самую «жизнь» намного скромнее гимназисток тех же лет, и, за редким исключением, не были тогда политизированы… И все-таки тогда мы в очередной раз открылись миру.
* * *
… «В очередной раз»! Такие поветрия бывали и прежде... Взять хотя бы пятый класс, пришедшийся точно на рубеж двух веков. В «большом мире» все гадали, что принесет с собой новое столетие – и наш институт тоже не был исключением… Мечтали, как водится, о прекращении всех войн, об изобретении лекарств от всех болезней и даже о космических путешествиях… Перечитывали журнальные статьи «о будущем» и вырезали оттуда картинки с изображением фантастических городов и видов транспорта… Многие даже пытались сами придумывать их и рисовать, а у признанных классных художниц, в том числе и у меня, накапливались целые папки. Разумеется, наша начальница не смогла пройти мимо «модной темы» и открыла на рождественских каникулах первую тематическую выставку наших рисунков, немало похваставшись ими перед высокими гостями.
…Теперь, в начале второго класса, нас, конечно, больше волновали не чудеса техники… Многим уже исполнилось тогда шестнадцать – а с этого возраста нас можно было считать невестами. Кто-то дерзко заявлял, что вообще не собирается выходить замуж, а кто-то заранее готовился оплакивать свою судьбу «старой девы». Кто-то заигрывал и заводил романы с целью лишь «поупражняться» во флирте, а кто-то уже был уверен, что проживет всю жизнь с тем, кто сейчас кажется самым-самым-самым… И все-таки самые разумные не мечтали только о балах и романтических прогулках, а гадали, как совместить эту замужество с жизнью «прогрессивной» женщины, не замкнутой лишь на быте…
Быт все же появился в моей жизни – но далеко не в таком виде, в каком мне это представляла когда-то Аделаида Николаевна! Хотя сестра нашей начальницы и была безмерно обрадована, что теперь я намного внимательнее слушала ее уроки по теории домоводства – мечтала-то я не просто об «уютном гнездышке», а о такой же прогрессивной и культурной усадьбе, как Аркадьино Русаковых. Даже на уроках рукоделия я уже не считала вышивание скатертей и ковриков подходящим лишь «кисейным барышням» вроде Алечки, а на рисовании охотно трудилась и над природными пейзажами. Помогли мне летние поездки и написать тогда лучшее в классе сочинение о прошедших каникулах. Рассказывала я обо всем увиденном и родным, подчеркивая, что учиться дальше по-прежнему собираюсь – вот только теперь, пожалуй, лучше понимаю, чему…
* * *
Конечно, занятий домоводством и техническим рисованием было бы даже тогда недостаточно для моей новой мечты. Как раз тут стоило, кроме «общих закономерностей», повторить из ботаники все важное для полей, лесов, садов и парков… Даже в нашем огромном институтском саду легко было найти место не только для игр или чинных прогулок, но и для такого учебного уголка, который устроили родители Лизы. Но что, если бы нам всем стали преподавать эти науки и ремесла? Пожалуй, это могло даже показаться обидным многим девочкам, не имевшим ни самой крошечной усадьбы, ни надежды изменить жизнь своей семьи к лучшему в будущем…
…Уже спустя несколько лет нас, взрослых девушек, будет изумлять при встрече со многими новыми знакомыми, насколько же мало их самих и их близких затронула недавняя война с Японией. Конечно, она продлилась всего полтора года так далеко от нас и обошлась без всеобщей мобилизации. И следующий, 1905 год, в котором что-то все время случалось по всей стране и который заставил о чем-то задуматься каждого, легко мог вытеснить ее из памяти случайного человека из «большого мира»…
Почему же эта недолгая и далекая война сумела поглотить разом все помыслы и чувства старшеклассниц-институток? Не только таких выросших «мальчишек», вроде меня, но и «кисейных барышень», которые без конца теперь лезли ко мне же с вопросами…
Конечно же потому, что многие из нас были дочерями, сестрами и невестами офицеров! Могли ли оставить нас равнодушными вести с фронта, на который могли отправить кого-то из наших близких?
