Читаем Девочка и цунами онлайн бесплатно
– Эй, остынь. – Така чуть склонил голову в сторону. – Папа говорит, что он хороший. Если папа говорит, что человек приятный, то и я так считаю. Отец разбирается в людях: в его работе без этого никуда. Так твой дед рисовал мангу или чем-то таким занимался? А какую?
– Гэкигу[15].
Юки думала, что Така удивленно на нее посмотрит и на этом разговор и закончится, но парень лишь глубокомысленно кивнул, втягивая воздух через зубы.
– А, реалистичную мангу! Я-я-ясно. Но не животных и не сопливую романтику, да? Что-то в духе Тацуми[16], Сирато Сампэя?[17]
– Ага, – удивленно произнесла Юки. Внезапно воздуха в вагоне стало больше, и она нервно вдохнула. – Именно. Он знал Тацуми-сана, а еще получил премию Тэдзуки.
– Ого.
– Он рисовал политическую мангу, протестную. Дедушка всегда говорит, что одним кадром можно изобразить то, что в книге придется описывать несколько страниц.
– Наверное. Если бы мы были в манге, нас бы просто нарисовали рядом. Все бы увидели, какие мы с тобой разные. Но оба – очень красивые, да?
– Ты шутишь?
Така картинно взмахнул руками, как футболист, пытающийся доказать судье, что не нарушал правила.
– Просто хотел сказать что-нибудь приятное. Честно.
Она посмотрела на него:
– Точно?
– Честно-пречестно, Хара-сан. Итак. Что это у тебя на руке? Это же знак бесконечности?
Така потянулся к ней и легонько коснулся цепочки из букв и иероглифов.
Юки потянула рукав вниз, пряча письмена на коже:
– Просто чтобы не забыть.
– И я так делаю. – Он продемонстрировал тыльную сторону ладони с небрежно выведенными цифрами: 14:38. – Завтра надо успеть на поезд. Отправляюсь на секретное задание.
Юки кивнула. Повисла неловкая тишина.
– Ну… – замялся Така, почесывая затылок где-то у уха. – Что ты об этом думаешь?
– О чем думаю?
– Хочешь вместе погулять?
– Я… Пойдешь обратно к другу?
Така глянул на крепыша напротив, потом наклонился к Юки и прошептал:
– К нему? Сюто? Он неплохой парень, хоть и доходит до него все, как до жирафа. Слушай, – начал он, – я повзрослел. Чуток. Можешь найти меня через «Такси Джимми». Ну, если захочешь.
Така снова улыбнулся. А потом (наконец-то!) неспешно направился к своему сиденью.
Постепенно сердце сбавило скорость, а удушье, сковавшее грудь, начало слабеть, слабеть, слабеть…
Промелькнули мимо знакомые станции, парни утратили к ней интерес и принялись перекидываться друг с другом короткими простыми фразами, тонущими в скрежете рельсов, пока тот, что пониже, не уткнулся в «Геймбой», а Така не водрузил на кудрявую голову наушники и не растекся по сиденью, кивая в такт мелодии, которую слышал только он сам.
Юки попыталась вернуться к игре на приставке, но, как только ей казалось, что ее не замечают, взгляд непроизвольно возвращался к Таке. Один раз она ошиблась и встретилась с ним глазами. Парень поднял бровь; Юки снова не смогла понять, смеется ли тот над ней, и отвернулась, залившись румянцем.
«И все же хорошо, что он знает, что такое гэкига», – думала она.
Ее не покидало чувство, что от него проблем не оберешься. И это его «потусить»…
Снова показался океан: волны подсвечивались снопами раннего утреннего света, пробившимися сквозь серо-голубые облака.
Когда поезд подошел к Осоме, Така картинно остановил друга, пропуская Юки вперед.
– После вас, госпожа Хара, – произнес он ей вслед. – Надеюсь, увидимся.
На секунду к шее снова поднялась волна жара, но тут Юки заметила дедушку и позабыла о парнях. Энергично постукивавший по асфальту тросточкой с серебристым набалдашником, тот решительно топал к внучке, приветственно взметнув руку вверх и подзывая:
– Юки! Мой прекрасный бутон, распустившийся средь местных сорняков!
Лицо дедушки под тенью козырька от черной шерстяной кепки излучало энергию – всё, как помнила Юки. Солнце снова выскользнуло из мартовских облаков, и девочке в глаза бросились кроссовки на ногах старика: новенькие серебристые «Найки»! Она ткнула в них пальцем и потешно изобразила, будто бежит.
В паре шагов от нее дедушка внезапно остановился и церемонно поклонился.
– Будь со мной добра, и я отвечу тем же[18].
Юки поклонилась в ответ, краем уха услышав, как мимо прошелестел шепот Таки и его друга.
Когда она перевела взгляд вверх, дедушка все еще стоял, низко согнувшись. Потом он тоже чуть приподнял голову и подмигнул:
– О’кей. А теперь пора восстановить мировой порядок.
– Какие у тебя классные кроссы!
Юки бросилась в объятия старика, вдохнув знакомый древесно-дымный запах лосьона после бритья.
– Да я таким крутым с шестидесятых не был! Мне надо кое-что тебе показать. Привет из прошлого.
– Ты о чем?
– Увидишь! Я заказал лимузин, чтобы доставил нас домой. Побоялся, что на своей колымаге не доберусь до тебя вовремя.
У выхода с вокзала Така стоял у «лимузина» – дряхлеющего коричневого такси, конечно же принадлежавшего Джимми.
Дзиро настоял, что чемодан внучки покатит сам, а та сдалась перед напором старика.
– Как ты, дедуль?
