Читаем Девочка и цунами онлайн бесплатно
Время от времени Юки жалеет, что не забрала тот синий скетчбук, лежавший наверху стопки в коробке из-под печенья. Или вообще не сунула украшенную ярким желтым солнцем жестянку и не убежала с ней. Было что-то такое в улыбке маленького супергероя, в ее отблеске в глубинах волны. В конце концов, дедушка дорожил этими рисунками, так что, может (наверное), Юки стоило последовать его советам.
От катастрофы она смогла спасти только паспорт и одежду, которая была на ней в тот день. Вещи, высохшие, но нестираные, она завернула в мусорный пакет и утрамбовала в маленький дешевый чемоданчик, в спешке купленный в Токио, а на следующее утро после возвращения сунула их в машинку.
– Нашла у тебя в кармане джинсов, – сказала мама и протянула ей маленькую белую карточку. – Это что-то важное? Вроде из ресторана суши? Но на обороте что-то написано.
Юки безразлично пожала плечами, но внезапно поняла, что это за карточка, и выхватила ее у мамы из рук.
– Просто сувенир – прихватила его вечером перед тем, как все случилось.
– Хорошо, милая, – тихо произнесла мама и, повернувшись, посмотрела в кухонное окно. – Папе нравилось пикироваться с тем старым якудза о политике и тому подобном…
Голос Каори надломился.
Девочка посмотрела на едва различимые расплывчатые цифры на обороте, подумала о чуть кривоватой улыбке Таки, сующего ей визитку в руку, о том, как он попытался произвести на нее впечатление, притворившись кикбоксером. «Тогда это раздражало, но теперь кажется милым», – подумала Юки и поставила карточку перед одним из дедушкиных томиков гэкига у себя в комнате.
Через день-два после того, как ей купили новый телефон, девочка набрала сообщение, исправила его несколько раз, удалила, а потом продержала палец над кнопкой отправки секунд тридцать, прежде чем решилась ее нажать.
Привет. Это Юки. Ты в порядке? Надеюсь, у вас с папой все хорошо. Вас эвакуировали? Где вы сейчас? (Это Юки Хара)
Весь следующий мучительно долгий день она посматривала на телефон, но тот так и не прожжужал, сообщая об ответе, поэтому, подгадав время с учетом часовых поясов, следующим утром Юки заперлась в ванной и набрала номер с визитки. Из динамика где-то минуту раздавалась высокая трель японского гудка, и жилка на запястье девочки билась быстро-быстро, а потом прозвучал щелчок, будто кто-то взял трубку.
– Алло?
На другом конце линии – ничего. Только потрескивание помех или порыв ветра, прошуршавший в микрофон телефона. И кажется, едва слышный голос?
– Алло? Ты меня слышишь?
А потом еще один щелчок – и связь прервалась. Юки снова нажала кнопку звонка; сердце отбивало:
– К сожалению, абонент недоступен. Вы можете оставить сообщение после сигнала. Благодарим за понимание.
Где же Така? Почему повесил трубку? Или его телефон просто лежит где-то, погребенный среди грязи и обломков?
Или все еще в кармане… у мертвеца?
Внезапно Юки стало очень важно узнать, что случилось с Такой. С ним было бы хорошо поговорить, ведь он-то поймет, каково это…
Но каждый раз, когда она пыталась дозвониться, ей отвечал бодрый голос автоответчика, а Юки переживала, что тратит деньги на счете, поэтому в итоге написала тете имейл и попросила узнать у Такэды-сан, что случилось с Такой и его отцом.
Она прождала почти месяц, каждый день проверяя папку со входящими, но в итоге пришел ответ, что Такэде-сан очень жаль, но она ничего не знает. Соседка не слышала про Джимми-сана, а вот его сын, кажется, «пропал». Казуко скопировала ответ, и, читая его, Юки чувствовала, как с каждым словом на душе становится тяжелее:
