Читаем Белги онлайн бесплатно
Внутри зала было довольно темно, хотя окна пропускали достаточно света, чтобы глаза быстро привыкли. В центре, в тщательно вырытой каменной яме, горел внушительный костер, а столб дыма поднимался и исчезал в небольшом круглом отверстии в крыше. В одном конце зала стоял большой и впечатляющий стул, вырезанный из дуба с драконами, волками и кабанами. За ним стена была покрыта выделанными шкурами животных, оружием и щитами. Вокруг стояли воины, вооруженные, но с оружием в ножнах. Фронтон на мгновение засомневался. Даже с людьми Ингенууса наготове, здесь было бы довольно легко перебить всю римскую команду.
Фронтон обнаружил, что крепко стиснул челюсти и внимательно осматривает каждого воина. Он заставил себя расслабиться. По правде говоря, их могли бы так же легко убить на главной площади. Цезарь был уверен в ремах; если бы не был, они бы не пришли, и, какие бы опасения он ни испытывал по отношению к полководцу, недальновидность не входила в число его главных недостатков.
Не обращая внимания на место вождя, два предводителя белгов подошли к огню и согрели руки над пламенем, пока слуги приносили скамьи и устанавливали их в центре зала вокруг очага. Фронтон кивнул про себя. Вожди реми очень старательно выказывали своё почтение Цезарю, даже отказавшись от символа своей племенной власти – трона, – чтобы встретить военачальника на равных. Не говоря ни слова, двое мужчин сели на одну из скамей и жестом подозвали Цезаря, который кивнул и повернулся к своим товарищам.
«Господа? Давайте сядем и займёмся этим».
Когда римские офицеры присоединились к ним у костра и заняли свои места, Ингенуй и его люди обошли их позади, копируя позицию воинов на дальней стороне.
«Меня зовут Антеброгий», — объявил тот, что был ниже ростом. «Это Икций. Мы — двое из одиннадцати вождей ремов. Икций не говорит по-латыни, но он — вождь оппидума на границе, недалеко от нервиев, и доставил мне самые свежие и достоверные сведения о собирающейся армии. Я правлю здесь, в Дурокортероне, и я единственный вождь ремов, говорящий на вашем языке».
Цезарь кивнул.
«Действительно, ты говоришь очень хорошо. Могу я спросить, где ты этому научился?»
Шеф пожал плечами.
«Я считаю своей задачей изучение самых опасных народов мира. Я также говорю на языке германских племён и на языке греков».
Цезарь улыбнулся, явно искренне впечатлённый. Фронтон сидел и ворчал себе под нос. Он неплохо говорил по-латыни, но его наставник был в отчаянии из-за его жалкого греческого.
«Хорошо, — продолжал Антеброгий, — я уполномочен говорить от имени всех вождей ремов по этому вопросу. Все белги с прошлого года обеспокоены приближением римских армий к нашим землям. Наши друиды сплачивают племена, чтобы выступить против тебя, полководец. Они призывают всех белгов, галлов, германцев и бриттов прийти им на помощь и противостоять тебе и всему, что ты отстаиваешь».
Цезарь нахмурился.
«Понятно. Они не знают, что мы здесь только по просьбе наших союзников».
Антеброгиус покачал головой.
«Они это знают . Они не верят в это, Цезарь».
Он вздохнул и обвел рукой пространство вокруг.
«Простите мою прямоту, генерал, но всем нашим народам ясно, что Рим намерен захватить эти земли и сделать их своими. Нет смысла это отрицать. Мы все в этом убеждены».
Наступила неловкая пауза.
«Однако, — продолжал мужчина, — человек с видением смотрит в будущее и выбирает путь, благоухающий лилиями, а не тот, на котором гадят коровы».
Он улыбнулся.
«Откровенно говоря, мы находимся в опасном положении. Мы — пограничный народ белгов. Если мы послушаем наших друидов, я не питаю иллюзий, что Рим первым разгромит и поработит ремиев, а затем использует наши оппиды как плацдармы для расправы с нашими братьями».
Улыбка стала слегка грустной.
«И те, у кого есть видение, видят, что Рим победит. Рим всегда будет побеждать».
Цезарь поднял бровь, а Антеброгий пожал плечами.
«Как я уже сказал, я изучаю эти вещи. Я читал о ваших войнах с Карфагеном и в Испании. О вашем друге Помпее и его пиратах. Рим всегда будет побеждать, потому что Рим не верит, что может проиграть, а римлянин никогда не сдаётся. Когда-нибудь мы все будем говорить на латыни, и никто не вспомнит язык белгов».
Он хлопнул себя рукой по груди.
«Я вижу это, и мой народ тоже видит это, даже если друиды и остальные белги не видят».
Он встал.
Итак… от имени Реми я предлагаю тебе, полководец, наш народ и наши земли. Мы отвергли призыв противостоять тебе и нажили врагов среди наших братьев. Поэтому я умоляю тебя относиться к нам как к союзникам. Мы предоставим тебе информацию, припасы, еду, кров и даже людей. Взамен мы просим лишь, чтобы Рим пообещал предоставить Реми защиту. Каков твой ответ, Цезарь?
Генерал улыбнулся.
«Антеброгий, ты поистине мудрый человек. Хотя я сам намерен остаться в Галлии только для защиты наших друзей и наших интересов, я бы сказал, что ты прав. Когда-нибудь эти земли познают преимущества римского права и инженерии, я в этом уверен. И когда эти дни приблизятся, именно те, кто их примет, выиграют больше всего. Я хотел бы спросить, ты один среди белгов, кто ищет мира с Римом?»
