Читаем Белги онлайн бесплатно
Глубоко вздохнув, Прискус вышел из сарая и прошёл мимо главного здания фермы. Скрываться здесь смысла не было. Двое мужчин, бегающих по оппидуму, пригнувшись и перебегая из переулка в дверной проём, гораздо скорее привлекут внимание, чем двое мужчин, одетых как местные жители и спокойно прогуливающихся по улице.
«Куда же мы тогда пойдем?»
Прискус пожал плечами.
«Я хотел бы подобраться к стенам. Давайте попробуем обойти самый центр и добраться до конца укреплений».
Галронус недовольно кивнул и пошел рядом с ним, нервно оглядываясь по сторонам на пустую улицу, когда они покидали двор фермы.
«Ради всего святого, перестань выглядеть таким чертовски подозрительным!»
* * * * *
Цезарь нахмурился.
«Что значит нигде?»
Тетрик пожал плечами.
— Только что, сэр. Весь лагерь обыскали, включая всю территорию вдоль крепостных валов. Вар сейчас отправил разведчиков за лагеря, чтобы проверить леса, но не думаю, что они что-нибудь найдут. Если Фронтон и Приск вчера вечером напивались в лесу, уверен, они бы вернулись под укрытие, как только начался дождь.
Генерал зарычал.
«Где же они тогда? Фронтон очень прямолинеен и никогда не упускает возможности сказать мне: «Я же говорил». Это неприятное и тревожное развитие событий».
Тетрик кивнул.
«Конечно, есть и другая возможность», — вмешался Сабин.
Цезарь поднял бровь.
«Он и Приск отправились шпионить за адуатуками».
Генерал нахмурился.
«Я знаю, что Фронто может быть импульсивным, но…»
Он повернулся к Тетрику.
«Пусть Варус отправит разведчиков к оппидуму; если необходимо, даже к самой скале».
Трибун кивнул и вышел из шатра, чтобы найти командующего конницей и передать приказ. Когда они снова остались одни, Цезарь обратился к Сабину.
«Здесь что-то происходит. Фронтон был прав. Соберите первую когорту от каждого легиона. Я не собираюсь ждать до полудня. Мы выступаем сейчас, а остальная армия должна быть в состоянии повышенной готовности».
Сабин кивнул.
«Разумная идея, если можно так выразиться, сэр».
Фронто застонал и перевернулся.
Трава. Его охватило смятение. Мокрая трава. И красная. Много красной. Липкая. Пахла жестью.
На ужасный миг воспоминания перенесли его на год назад, в ту ночь, когда он обнаружил тело Коминия в своей палатке. Но нет. Когда разум постепенно прояснился, он понял, что стук и боль в затылке – от раны. Он осторожно потрогал его, и что-то шевельнулось. «Нехорошо», – подумал он, едва не потеряв сознание от боли.
Он напрягся, вспоминая прошлую ночь.
Утес!
"Дерьмо!"
Он поспешно попытался подняться на ноги, но поскользнулся в крови и с грохотом упал, чуть не потеряв сознание. Он подождал немного, пока голова прояснится, а затем, очень медленно и осторожно, выгнул спину и начал подтягиваться, принимая сидячее положение.
Да, что-то определённо было не так. Приск, Галронус и их спутники исчезли. Они погибли? Адуатуки держали их в плену? Нужно было что-то предпринять.
Не обращая внимания на подсказки тела, легат выпрямился. Слегка пошатнувшись, он обернулся, чтобы оценить ситуацию. Он был всего в ста ярдах от обрыва… В пределах досягаемости броска!
Внезапно, в отчаянии, он бросился бежать, слегка спотыкаясь, прочь от оппидума. За спиной он услышал крики на краю обрыва на том гортанном языке. Вознеся молитву Немезиде, он помчался, словно ветер, к крепостным стенам.
И тут он заметил всю эту суету. Легионы шли от ворот в частоколе к склону. Что, во имя Плутона, они делали? А небольшие группы всадников медленно ехали по равнине.
Его мысли снова закружились. Активность, адреналин и бешеный ритм крови в мозгу грозили снова сбить его с ног. Он остановился, шатаясь, и оперся руками на колени.
Прямо впереди, когда его ноги подкосились, он услышал успокаивающий голос.
«Вот он! Передайте командиру, что мы нашли одного из них!»
Цезарь задумчиво смотрел на оппидум, пока армия приближалась к внешней линии обороны. Командный отряд, возглавляемый самим полководцем, а также Сабином и Цицероном, был конным, а сопровождавшие их когорты шли пешком. Гвардия Ингения ехала кордоном вокруг офицеров, а регулярные войска Вара обеспечивали дополнительную поддержку. В общем, полководец был защищён настолько, насколько это вообще возможно для всадника, въезжающего во вражескую крепость.
Что, во имя Великой Матери, задумали адуатуки? Дамиак звучал невероятно разумно, а белги были гордым народом, так что не было никаких оснований подозревать какую-либо проблему. Племена, с которыми они имели дело всё лето, либо сдались без боя, либо сражались насмерть.
Он вытянул шею, чтобы посмотреть вверх, когда всадники проезжали шагом через огромные распахнутые ворота оппидума. Снаружи и по обеим сторонам стены груды оружия, брошенного с добрыми намерениями, рассказывали одну историю. Воображение Цезаря подсказывало другую.
