Читаем Белги онлайн бесплатно
Доверившись, что люди рядом с ним смогут добиться такой же силы, генерал навалился всем своим весом на щит, уперевшись ногами в землю и прижимая её к земле. Позади него сообразительный сигнифер, воспользовавшись тем, что генерал пригнулся и пригнулся, поднял штандарт с украшенным наконечником копья и пронзил им лицо одного из варваров.
«Молодец! Продолжай в том же духе!»
Генерал, спрятавшись в темноте за щитом, где его никто не мог видеть, внезапно осознал, что ухмыляется, словно восторженный мальчишка. Было что-то поистине освежающее в ведении боя, когда ты один из многих соотечественников, перед которыми стоит простая, понятная задача, какой бы сложной она ни была. Его разум обрёл редко встречающуюся ясность, понимая, что сейчас всё, что от него требуется, – это идти вперёд и выживать, пока он не обнаружит перед собой римлян, а не варваров. Никаких планов, никакого предательства, никакой бюрократии или споров. Только люди, полагающиеся друг на друга и стремящиеся к одному и тому же.
На мгновение, в пылу битвы, Цезарь понял, что понимает таких людей, как Фронтон и Лабиен. В битве были простота и чистота, которые были притягательны по сравнению с тернистыми сложностями политики и не всегда были опаснее.
«Ну же, мужики. Ещё немного».
Конечно, он понятия не имел, как далеко им предстоит зайти; возможно, даже дальше, чем это было реально возможно, но что-то нужно было сделать.
Снова раздался рёв, и римский строй ринулся вперёд, сделав один… два… три… даже четыре шага. Генерал рискнул на мгновение поднять взгляд, но тут же резко пригнулся, когда огромный клинок пронёсся мимо, едва не снеся ему макушку.
Впереди он видел знамена Одиннадцатого. Напрягая слух, он прислушивался к рёву своих людей и общему шуму битвы. Крисп и его офицеры выкрикивали команды, и два легиона медленно сходились, пока Одиннадцатый пытался продвинуться достаточно далеко, чтобы соединиться с ними.
Он снова пригнулся и навалился на щит, с тревогой отметив, что массивная деревянная крышка настолько повреждена, что сквозь неё даже видны проблески дневного света. Это не к добру.
Над ним сигнум взмыл еще раз и вонзился в другого варвара.
Еще несколько минут…
* * * * *
Лабиен поморщился. Казалось, им не справиться. Двенадцатый легион был серьёзно поредевшим, возможно, на четверть, и всё ещё окружён целым морем белгов. Даже если бы Десятый легион несся как скаковые лошади, ему всё равно пришлось бы пробиваться сквозь нервиев, чтобы освободить легион Цезаря.
Он с тревогой бежал с Десятым, всё ещё в строю, по скользкому и окровавленному склону северного берега и снова начал переходить реку вброд. Несмотря на трудности, с которыми сталкивался Двенадцатый на фланге, день теперь казался обнадеживающим для Рима. Руф мог справиться с атребатами, пусть даже для этого пришлось бы просто прогнать их. Бальб и Крисп всё ещё были втянуты в бой, но события развивались достаточно успешно, чтобы белги бросили в бой всех своих воинов, при этом резервов на поле боя не было видно. Римские резервы, несомненно, были всего в нескольких минутах, и битва была за ними.
Но если они не предпримут срочных мер, Двенадцатый к тому времени исчезнет, вместе с Цезарем и надеждой на славное завершение кампании. Без полководца для Цизальпинской Галлии будет выбран новый наместник, легионы будут отозваны, возможно, лишёны финансирования, и все разойдутся по домам, вероятно, даже без особой добычи. Печально, правда, что будущее стольких людей и их семей зависело от одного патриция, сражающегося за свою жизнь.
Поднявшись на противоположный берег, он помахал карнизом.
«Звучит сигнал тревоги. Мне нужно подумать».
Музыкант заиграл клич и Десятый легион, и когда они вернулись на южный берег и начали выстраиваться в контубернии, центурии и когорты, Лабиен нашёл невысокий естественный холм и взошел на него, чтобы лучше видеть. Что же предпримет Фронтон?
Он едва различал гребень в гуще сражения – это мог быть либо Бальб, либо один из его трибунов, либо, возможно, кто-то из штаба, сражавшийся рядом с ними. У самого дальнего края поля боя он разглядел небольшой отряд, организованный, казалось, крайне нерегулярно, под командованием пары офицеров. Планка и резервов пока не было видно.
Он снова занервничал. Что же делать? Лабиен был кадровым военным. О, он вмешивался в политику гораздо больше, чем Фронтон, но лишь для того, чтобы обеспечить себе военные должности. У него был почти такой же опыт командования на поле боя, как у Фронтона и Бальба, так что он, чёрт возьми, должен был что-нибудь придумать.
Он вздохнул, осознав, что Десятый полк почти выстроился позади него, и ему нужно было получить ответ через несколько секунд. Солдатам было неловко ждать, пока офицер тратит время и тратит время.
