Читаем Вендиго онлайн бесплатно
Я последовал за несчастным зверем, но не успели мы пройти и сотни ярдов, как услышали о случившемся от полдюжины разных людей: в тот день, ранним утром, когда деревня ещё спала, первый горный поезд, спускавшийся по крутому пути внизу Шамбрельена, сбил Перре «Comment-va», отправив его навстречу вечности в один миг. Это произошло там, где тропа Мон-Расин, что вела в любимый лес Человека, пересекает железную дорогу на пути к его драгоценному лесному алтарю, его Святая Святых.
Его смерть полностью соответствовала качеству, увиденному мной в Человеке с самого начала: он пожертвовал собой, чтобы спасти свою верную дворнягу, которая теперь жалобно дёргала меня за штанины. В подробностях не было недостатка: машинист не замедлил рассказать о произошедшем на следующей станции, и новости поползли вверх по склону горы быстро, как и все подобные известия. К тому же женщина, обитавшая в хижине у перекрёстка, опускала деревянные шлагбаумы каждый раз, когда проходил поезд, и она видела, как печальные события разворачивались с самого начала.
Впрочем, рассказывать особенно не о чем: женщина и машинист оба увидели, что пёс застрял в рельсах, хотя толком и не знали, как и почему. Оба ясно видели, как полоумный бродяга (как всегда, с непокрытой головой и в развевавшемся плаще) стал пересекать рельсы, чтобы освободить животное. Всё произошло очень быстро: единственным способом спастись для Человека было бросить пса, но пронзительный свисток не возымел на него никакого действия, как тормоза за несколько оставшихся мгновений не возымели действия на паровоз. В последнюю долю секунды до столкновения пёс неким образом высвободился, а душа Человека, Игравшего На Листочке, с песней отправилась к своему Богу.
Поняв, что я следую добровольно, пёс оставил меня в покое и пустился вперёд, регулярно оборачиваясь и проверяя, иду ли я с ним. Я же без труда угадал, куда мы шли. Миновав железную дорогу Понтарлье, мы полчаса поднимались, оказавшись на милю выше места несчастного случая, пересекли горный хребет и наконец оказались в той самой части леса. Здесь, в тенистой гуще деревьев, где всё так же дрожали бесчисленные цветы, мы подошли к месту, отмеченному ландышами, – там несколько недель назад служитель лесных богов сорвал у меня с головы шляпу, ведь я стоял на священной земле. Мы остановились перед вратами его святая святых, окружёнными древесными колоннами. Прохладный ветерок, полный невыносимо сильных ароматов, встретил нас на пороге леса: деревья там росли так густо, что летний свет проникал лишь обрывками. На этот раз я не стал ждать у краешка и проследовал за четвероногим проводником к скоплению замшелых камней, стоящих в самой середине лощины.
Там пёс поднял на меня взор, полный мучительных вопросов, не находящих ответа. В сером камне была трещина; в ней я увидел пепел бесчисленных костров. Её, осторожно разложенные, окружали разнообразные подношения, сделанные им своему божеству, хотя Человеку, без сомнения, они бы пригодились: куски заплесневелого хлеба, нетронутые ломти сыра, колбаса в коже – всё в том же виде, как я и оставил в его хижине. Здесь же лежали кусок кекса с изюмом – как и был, в белой обёрточной бумаге – и десять серебряных франков, выложенные вдоль края.
Потом я узнал и то, что среди останков на рельсах, которые едва можно было опознать, нашли руку, нетронутую ужасной всепоглощающей машиной. Мёртвые пальцы крепко стискивали помятый лист плюща.
Помню, мои попытки найти для пса дом оттянули отъезд на несколько дней, однако, вернувшись осенью, я узнал, что животное отказывалось с кем-либо жить и, под конец убежав в лес, приняло добровольную смерть от голода. Как рассказал мне Луи Фавр, скелет пса нашли в каменистой лощине, у подножия Мон-Расин, на склоне, направленном к Монмоллену. Чего Луи Фавр не знал, в отличие от меня, так это того, что данная жертва стала далеко не первой для той лощины, которая являлась освящённой землёй.
Если внимательно осмотреть склоны Юры между Шам-дю-Мулен, где нашёл временное пристанище Жан-Жак Руссо, и Котендаром, где он же наносил визиты лорду Уимсу при Фридрихе II, короле прусском, в правление «милордом-маршалом Кейтом» княжеством Невшатель, – может статься, где-нибудь меж виноградниками и сверкающими известняковыми пиками вы найдёте в лесу поляну, где лежат побелевшие кости дворняжки, а на маленьком деревенском кладбище – место, где лежат останки Человека, Игравшего На Листочке во славу Великого Бога Пана.
